Хип-хоп доминация

Концерт подходил к концу — большинство исполнителей уже выступило, оставались лишь те звезды, ради которых и пришло большинство зрителей. Фестиваль имел статус международного, многие участники приезжали из-за рубежа и даже российские группы исполняли песни на английском. Хэдлайнером концерта должна была стать группа «Платинум», названная так из-за трех эффектных солисток — платиновых блондинок, как на подбор. Язвительные критики говорили, что цвет волос — единственное достоинство участниц группы и в ней всегда можно заменить любую пару «поющих трусов» без ущерба для коллектива — никто бы и не заметил новую участницу. Однако миллионы фанатов «Платинума» — в России и за рубежом — могли безошибочно назвать имя каждой солистки, рассказать их биографии и разъяснить, чем одна блондинка отличается от другой. Например, девятнадцатилетняя Олеся Корочинская — стройная как тростинка, с кудрявыми светлыми волосами и личиком обиженной Барби.

Двадцатилетняя Елена Карпенко выглядела старше своего возраста: стрижка каре, умело подобранный макияж, тяжелая грудь и широкие бедра придавали ей вид элитной путаны. Этот эффект усиливал чуть хрипловатый голос с легким украинским акцентом. Но и Лена и Олеся отступали на второй план рядом со Светланой Слутской — длинноногой блондинкой с внешностью фотомодели, считавшейся неформальным лидером группы. Ее стервозный характер давно сделал Свету одной из самых скандальных героинь светской хроники. Но все слухи забывались поклонниками, когда группа «Платинум» выходила на сцену в предельно откровенном виде, порой чуть ли даже не в нижнем белье. Томно извиваясь под музыку, эпатируя публику откровенными текстами песен, девушки устраивали настоящее эротическое шоу, ради которого им прощались и простенький репертуар и средние вокальные данные и бесчисленные сплетни о личной жизни.

Выступая и в России и за границей, группа приобрела достаточную известность, чтобы рассчитывать сегодня завершить первый день открытия. Однако в последний момент выяснилось, что хедлайнером будет молодая исполнительница хип-хоп песен из Нью-Йорка — чернокожая звездочка Амалия Хэнкс. Из-за нее пришлось урезать концертную программу «Платинума» причем, как с досадой отметили сходившие со сцены блондинки, зрители не особо возмущались ранним окончанием их выступления. А когда на сцене появилась молодая негритянка, сходу ворвавшаяся в программу со своим агрессивным, задорным рэпом, она чуть ли не с первой песни покорила зал. Полные грязного, сексуального потдтекста песни мигом завели аудиторию — даже не понимавшие по-английски могли понять общий смысл при первом взгляде на певицу. Откровенное одеяние подчеркивало стройные, упруго-округлые ноги, пышные груди и крепкую задницу чернокожей девчонки. Амалия впервые была в России, но ей сразу удалось захватить внимание зала, завлечь и повести его за собой. Смотревшим на все это из гримерки Лене, Свете и Олесе оставалось лишь скрипеть зубами, наблюдая за тем, как неверная публика так быстро обрела себе нового кумира.

После концерта девушки отдыхали в своем гостиничном номере и здесь, подальше от любопытных глаз, Света отводила душу, прикладываясь к фляжке с коньяком.

— Вот суки, да? — красивая блондинка не находила себе места, матерясь как грузчик, — из-за этой черножопой шмары!

Подруги сочувственно кивали, пили коньяк и добавляли язвительные реплики.

— Эта черная кобыла скоро всем надоест, вот увидишь, — сказала Олеся, — уже завтра всем будет не до нее.

— Завтра нам сорок минут выступления дадут, — вступила в разговор Лена, — мне Михеев сам сказал. Сегодня было, типа, звездное открытие, а вот завтра

Федор Михеев был продюсером «Платинума» лично обещавшим девчонкам, что они будут звездами выступления. Упоминание о нем лишь подлило масла в огонь.

— Да нахуй нужно это завтра?! — отмахнулась Света, еще раз приложившись к фляжке, — а мы что — не звезды? Еще не хватало, чтобы в России на концертах нас всякие ниггерши задвигали! Нас! Белых! Русских! Да кто она вообще такая эта Амалия!?

— Свет, — с трудом вклинилась в этот словесный поток Лена, — эй, Свет

— Вчера из гетто вылезла, а... — Света осеклась на полуслове, заметив, что Лена и Олеся, встревожено смотрят на что-то позади нее, — что там еще?

— Хай герлз! — в дверях стояла улыбающаяся чернокожая рэпперша, — не помешала?

— Стучаться надо! — раздраженно сказала Света по-английски, — чего надо?

— Извините, — Амалия улыбнулась, — просто дверь была открыта, я шла мимо. Я, конечно, по-русски не понимаю

— Учить надо было, — буркнула Лена, — зачем тогда в Россию ехала? Мы вот по-английски понимаем, говорим даже с тобой

— В следующий раз выучу обязательно, — еще шире улыбнулась негритянка, — но кое-что я поняла и так. Вы тут пару раз произносили мое имя. А еще одно слово — очень плохое, слово, обидное

— Негр что ли? — заржала Лена, — тут тебе не твоя Пиндосия! Тут все так говорят.

— Не негр, — улыбка пропала с лица Амалии, — ниггер!

— А какая нахуй разница! — не выдержала вскочившая Олеся, — тебе что надо-то тут? Мы у себя в номере о ком хотим, о том и говорим.

— Понаехало черномазых, — добавила Света, — на всем концерте не протолкнешься. Полчаса выступления, с ума сойти — чтобы только черной жопой трясти на камеру.

— Ну, — Амалия ехидно усмехнулась, — если есть чем трясти, так почему нет. Вы вон тоже не стеснялись жопой перед камерой крутить. Только одним и показать есть что и петь умеют, а другие — только и могут, что трусами светить

— Ах ты дрянь! — вскипела Лена, — макака сраная, да я тебя

— Девчонки, че мы сидим?! — подскочила Света, — пиздите черную!!!

Три блондинки разом подкинулись с кроватей, чтобы проучить негритянку. И это была вторая их ошибка — первая была, когда певицы начали ссору. Хотя все они были старше Амалии (не говоря уже о том, что их было трое), драться солистки «Платинума» не умели. Несмотря на свой скандальный имидж, все трое были из обеспеченных семей, с хорошим образованием (Света даже училась в Англии), избалованные родителями по самое не могу. В то же время Амалия выросшая в Гарлеме в многодетной семье и ушедшая на улицу в двенадцать лет, изрядно поднаторела в разборках между молодежными бандами.

Удар ногой в солнечное сплетение заставил Лену взвыть, повалившись на кровать и держась за живот. Тут же локоть Амалии с такой силой врезался в грудь Олеси, что блондинка отлетела в сторону, наткнулась на стул и, не удержавшись, перелетела через кровать и грохнулась на пол, болтая в воздухе длинными ногами. Юбка ее задралась до талии, обнажив белые трусики. Одновременно вторая рука рэпперши нырнула в карман и тут же возникла снова с небольшим баллончиком. В лицо Свете пшикнула едкая жидкость и девушка, всхлипнув, упала на пол.

Очнулась блондинка уже на кровати. Первое что она увидела — собственные стройные ножки, вскинутые кверху и накрепко связанные в коленях и лодыжках ее же колготками. Руки девушки были пропущены чуть ниже колен и, судя по всему, тоже связаны — по крайней мере Света не могла расцепить запястья.

— О, вот и третья шлюшка очнулась, — послышался веселый голос и над русской девушкой возникло улыбающееся лицо негритянки, — ну-ка открой ротик.

— Ты что совсем ох... — возмущенный крик девушки прервался чем-то мягким и пахучим бесцеремонно запихнутым ей в рот. Певица замычала и забилась в своих путах, когда поняла, что это были ее кружевные черные трусики.

— Ротик тебе понадобиться позже, — улыбнулась Амалия, завязывая кляп ее же лифчиком, — а пока и так хорошо!

В подтверждение своих слов  она звонко шлепнула Свету по попке, вызвав новую порцию протестующего мычания. Теперь девушка видела, что остальные участницы группы лежат на своих кроватях, точно также связанные. Из одежды на них остались лишь туфли и короткие юбочки — трусики, лифчики и колготки пошли на кляп и связывание. Вот когда блондинки пожалели о своем богатом гардеробе — каждая взяла с десяток пар колготок и еще несколько чулок, так что у Амалии не было недостатка в путах. Вязать она умела — русским девушкам оставалась лишь пытаться испепелять негритянку взглядами, когда она ходила по комнате кровати. Большие темные глаза возбужденно сверкали, когда она смотрела на добычу. Она напоминала черную пантеру, кружащую вокруг беспомощных жертв, растягивая удовольствие перед смертельным прыжком.

— Ну, что детка? — она остановилась перед Светой и слегка качнула ее к себе, — мне быть с тобой нежной или ты любишь грубо?

Амалия аккуратно подняла юбочку певички и, не скрываясь, облизнулась, увидев аккуратную, гладко выбритую киску. Черные пальцы скользнули между ног Светы, раздвигая ее нежные половые губы и девушка протестующее замычала и задергалась, пытаясь соскочить с озорных пальчиков негритянки. Глаза Светы метали молнии — было ясно, что если бы не кляп, на голову Амалии уже обрушился поток отборной брани. Негритянка это тоже поняла и губы ее раздвинулись в довольной улыбке.

— Ты сделала правильный выбор, блонди, — она вновь облизнулась, — обожаю строптивых белых сучек. А вы шлюшки? — она повернулась к другим девушкам и услышала в ответ возмущенное мычание.

— Я уже люблю Россию, — сверкнула белыми зубами Амалия, — сейчас музыку поставим и

Она подошла к лежащему на столике включенному ноутбуку Лены и открыла дисковод. Вынув из кармана джинсов диск, она вставила его в гнездо и комнатку наполнил энергичный ритм, в такт которому Амалия начала пританцовывать.

— На эту музыку еще нет слов, — она подмигнула участницам «Платинума», — что, шлюшки, поможете мне написать песню?

Откинув волосы и запрокинув руки за голову, Негритянка изгибала свое тело в такт мелодии — агрессивно и в то же время сексуально подавалась вперед бедрами, хватаясь за пах. Девушки «Платинума» даже перестали протестующее мычать, заглядевшись на движения крепкого черного тела — волнующий, будоражащий кровь эротичный танец. Не прекращая двигать бедрами, Амалия ухватилась за пряжку своих штанов и принялась расстегивать кожаный ремень. Света, бывшая ближе всех к Амалии, нервно сглотнула и испуганно замычав, попыталась отодвинуться. Негритянка плотоядно улыбнулась ей.

— Чуешь, сучка, да? Белая шлюшка, ты назвала меня ниггером, да? Ну, так ты права!

Слегка замахнувшись, Амалия хлестнула по Свету по заду. Славянка замычала от боли, на белой коже ягодиц появилась красная полоса.

— Да, я ниггер, я черная бандитка из Гарлема. Вы хотели от меня это услышать, нежные белые девочки, балованные сучки? Вы были правы — вам от этого легче?

Света глухо скулила сквозь кляп, на ее глазах выступали крупные слезы, а на белой заднице — все новые красные полосы. Даже в детстве будущую звезду никогда не пороли, а эта черная девчонка издевается над ней как хочет. Амалия, продолжая двигаться в идеальном такте с музыкой, прошлась мелкими шажками спиной вперед через всю комнату, трясясь всем телом и энергично жестикулируя. Ремень вился в ее руках слово черная змея, постоянно жалившая мычащих девушек. Амалия говорила, не останавливаясь все больше вливаясь в ритм. Казалось, что все в этой комнате исчезло — остались только эти полные губы, произносившие настоящий рэпперский речитатив.

— Глупые сучки, решили, что они лучше Амалии? Тощие курочки, у которых нет нормальных сисек и задницы? Вы правда считаете, что вы круче всех, белые пезды? Ха-ха, это хорошая шутка! У меня для вас плохая новость, очень плохая новость. Вы станете шлюхами, которые исполняют все мои прихоти. Ваши губы будут целовать мои ноги и вы будете умолять на коленях, чтобы я позволила вам запустить язычок в мою черную щелку. Я буду ебать каждую из вас когда захочу и вы будете визжать от радости, словно маленькие розовые поросята. Иначе вас будет любить эта змея, черная ядовитая змея. Хэй! Хэй! Хэй!

С каждым новым вскриком она стегала ремнем по обнаженной белой пизде — не так сильно, чтобы покалечить, но достаточно, чтобы причинить сильную боль.

— Довольно с вас, шлюхи!? Довольно? Довольно?

Солистки «Платинума» извивались в своих путах, их глаза молили о пощаде, но ее не было — негритянка вошла в азарт, в своем стремлении подчинить, растоптать тех, кто посмел ее оскорбить. Глаза ее похотливо сверкали, рука занеслась в очередной раз, когда музыка стихла. Амалия остановилась, тяжело дыша, ее роскошная грудь тяжело вздымалась, в декольте было видно, как по черной коже течет пот. Она зыркнула на ближайшую девушку — ей оказалась Олеся — протянула руку и выдернула кляп.

— Ну? — рассерженной молодой львицей рыкнула она.

— Пожалуйстааа, — плачущим голосом проблеяла россиянка, — хватит, Амалия!

— Госпожа Амалия, сучка — черная пятерня со звонким шлепком опустилась на и без того истерзанную задницу, — ты будешь меня называть так или мне повторить?

— Не надооо, — проревела Олеся, — Госпожа прошу вас. Я сделаю все, что вы скажете, я буду вашей рабыней и белой шлюхой, кем угодно. Только не бейте больше меняяаа.

По щекам Олеси текли слезы пополам с косметикой, она от волнения путала английские и русские слова, но Амалия понимала ее без переводчика. После такого «воспитания» все белые шлюшки говорят примерно одно и то же,

— А вы шлюхи что скажете? — она обвела тяжелым взглядом остальных певиц и хищно улыбнулась, заметив как они дрожат, — стоит мне продолжать? На этом диске у меня еще много мелодий.

Света и Лена замотали головами, громким мычанием высказывая полное согласие со всем сказанным Амалией. Та победно усмехнулась, проходя взад-вперед возле кровати, постукивая по руке сложенным вчетверо ремешком. Неожиданно она присела на корточки возле Светы и, ухватив ее за волосы, заставила вздернуть голову.

— Ты же не сделаешь глупостей, правда? — в ее руке что-то щелкнуло и Света, скосив глаза, в ужасе замычала, увидев лезвие выкидного ножа. С усмешкой Амалия провела им по щеке девушки, потом поддела лямку лифчика и перерезала его. С облегчением Света выплюнула кляп из трусиков. Амалия освободил от кляпа остальных девушек, отошла к ноутбуку и поменяла диск. Чувственный, медленный блюз наполнил комнату и под его звуки черная девушка стала медленно раздеваться, представая во всем великолепии пышного черного тела. Медленно поворачиваясь, Амалия давала Олесе, Лене и Свете разглядеть ее покачивающиеся полные груди, плоский живот, длинные сильные ноги и круглую задницу. Света вдруг поймала себя на том, что жадно облизывает губы, а между ее ног хлюпает от влаги. Света бросила быстрый взгляд на подружек — в их глазах уже тоже читалось благоговение, страх и... вожделение? Однако вскоре ей было уже не до подруг — черная девушка покачивая бедрами, подошла к Свете, усаживаясь на корточки. Сильная рука вновь вцепилась в светлые волосы и подтаскивая девушку ближе.

— Настало время ужина, крошка! — прошептала рэперша на ухо Свете.

Негритянка с силой дернула блондинку за волосы, опрокидывая ее на спину и крутанув вокруг своей оси. Придерживая задранные кверху ноги как рычаг, негритянка встала над Светой на кровати, зажав голову певички черными ляжками. Задорно улыбнулась в голубые глаза, испуганно моргающие под ней.

— Самый лучший вид для белой шлюшки, — весело сказала Амалия, ухватив крепкой ладонью затылок славянки. Одновременно она слегка откинулась на спину, проталкивая руку меж стиснутых бедер Светы, чтобы добраться до нежной белой «киски».

Света уставилась перед собой, завороженная видом разошедшихся половых губ негритянки. Контраст черной кожи и розовой влажной плоти внутри был необъяснимо притягателен, а от терпкого сексуального аромата, смешанного с специфически негритянским запахом, Света просто «поплыла». Бесцеремонные черные пальцы проникали в истекающую влагой киску белой девушки и та, вздрогнув как от удара током, ткнулась лицом в черную пизду. Пухлые губки сосали крупный клитор, словно маленький член, Света изо всех сил вытягивала язык, стараясь протолкнуть его как можно дальше. Тяжелый плотский запах дурманил мозг, отбивая способность к соображению, уничтожая все человеческое — сейчас под усмехающейся негритянкой извивалось похотливое белокожее животное, жадно вылизывающее хозяйку. Черные пальцы ласкали нежные складочки, теребя горошинку клитора и сходящая с ума от вожделения белая девка с утроенной силой набрасывалась на черную пизду, словно желая сожрать ее целиком. Амалия дразнила русскую певичку, то приподнимая бедра над ее лицом, так чтобы она могла касаться клитора лишь кончиком вытянутого языка, то опускалась на лицо Светы. Ее пальцы играли с гениталиями белой девушки, заставив ее кончить дважды и сейчас умело подводя Свету к третьему оргазму. В мозгу блондинки, захлестнутой волной похоти, все четче закреплялась связь между волнующим запахом черной женщины и ласкающими движениями между ног, заставляющими ее спускать раз за разом.

Третий раз Света кончила одновременно с Амалией, наконец получившей оргазм. Сильные бедра сжались вокруг головы белой девушки, ничего не видевшей и не слышавшей из-за объявшей ее черной плоти. В распахнутый рот хлынул поток солоноватых соков, которые Света жадно глотала, не в силах насытиться. Так она и готова была умереть — в сладкой истоме наслаждения, захлебнувшись любовной влагой Черной Госпожи, задохнувшись под ее ляжками, — но в планы Амалии не входило лишать Свету жизни. Приподняв бедра, она насмешливо посмотрела на жадно глотавшую воздух белую девушку с мокрым лицом и слипшимися волосами, бровями и ресницами.

— Понравилось? — спросила негритянка. Света кивнула, все еще пытаясь отдышаться.

— Ты теперь любишь черные киски? — спросила Амалия. Света вновь кивнула.

— А что ты еще у меня любишь, — продолжала допрос рэперша, — тебе кажется, не нравилась моя задница? — Света замотала головой, — что? Не так? Она теперь тебе нравиться?

— Да Госпожа, — выдохнула белая девушка, слизывая с губ остатки негритянских соков.

— Тогда докажи это, — рассмеялась Амалия, передвигаясь вперед и снова опускаясь над лицом Светы. Обеими руками она раздвинула свои черные ягодицы.

— Давай сучка! — прикрикнула она, — вылижи этот черный зад!

Почувствовав вновь нарастающее возбуждение, Света зарылась лицом меж аппетитных негритянских ягодиц. Ее послушный язычок полировал отверстие ануса, а стенки влагалища конвульсивно сжимались вокруг черных пальцев, которые Амалия опять запустила в ее киску, вырывая из измученного похотью тела очередной оргазм.

Света чувствовала себя выжатой половой тряпкой, когда, наконец Амалия насытилась ее умелым языком. Встав, негритянка небрежно перерезала стягивавшие руки и ноги Светы колготки. Теперь американка могла не бояться каких-либо неприятностей от участницы «Платинума» — бессильно раскинувшая руки и ноги белая шлюха, была не в состоянии сопротивляться и звать на помощь. Да и явно этого не хотела.

Оставались еще две участницы группы, все это время широко распахнутыми глазами смотревшие как черная девушка расправляется с их лидером. Амалия подмигнула ошарашенным девушкам, после чего сменив музыку в ноуте, пританцовывая, подошла к Олесе. Кудрявая блондинка не успела опомниться, как уже лежала на спине, задрав связанные ноги, а сверху на ее лицо опускалась текущая черная пизда. В следующий момент Олеся жадно лизала влагалище негритянки, извиваясь под умелыми пальцами и одуревая от женских запахов. Возбужденная тем, как рэпперша ранее расправлялась с Светой, первый раз Олеся кончила почти сразу, потом еще и еще, пока наконец Амалия не оросила ее милое личико своей влагой. Потом Олеся еще вылизала черную задницу. В такт музыке Амалия крутила задом на лице русской девушки, читая под музыку только что пришедший ей в голову речитатив.

— Твое место тут, сука, белая шлюха, ты нашла свое место под моей черной задницей. Эй, белые сучки, что вы жметесь по углам, отводя свои голубые глазки? Вы хотите черной пизды, не так ли цыпочки? Подходите, Амалия сегодня угощает! Эй белая киска, засунь язычок в мою ниггерскую жопку и ты поймешь, как это вкусно!

Все это читалось с таким задором и так увлеченно, что Лена и очухавшаяся Света, невольно стали подхватывать слова Амалии. Их уже не смущало, что это относилось и к ним — им уже это казалось вполне естественным. Вслед за Олесей, вдоволь от черной киски и задницы накушалась Лена, чуть не стершая язык от жадности — она уже вся извертелась, наблюдая как развратничают ее подружки. Наконец и она повалилась на кровать — освобожденная от пут, но полностью изнеможенная. Амалия, торжествующе покачивая бедрами, прошлась по комнате, как и была, голая. Подняв с пола брошенную Светой фляжку, она уселась в кресло, надменно оглядывая поверженных «белоснежек». Сегодня отвязная девчонка из Гарлема была Нубийской Принцессой, окруженной покорными белыми рабынями.

— Эй ты, хватит валяться, — требовательно выкрикнула она, пнув кровать где еще валялась Олеся, — ну-ка иди ко мне.

Стройная блондинка с внешностью Барби неуверенно поднялась с кровати, чтобы подойти к Амалии, но та, вытянувшись, легонько шлепнула ее ремнем по бедру.

— Ты разве не знаешь, что сучки ходят на четвереньках? — недовольно произнесла она, — тупая шлюшка! Ну ничего, я вас выдрессирую быстро.

Олеся послушно опустилась на четвереньки подползая к черной девушке. Та вытянула ногу и блондинка, без команды поняв, что от нее требуется начала нежно целовать аккуратные пальчики, украшенные розовым лаком с черными крапинками.

— Каждый пальчик обсасывай, как маленький член, — командовала Амалия, — вооот, как же хорошоооо! Давай еще, вот так вот. А теперь полижи хорошо от пятки до пальцев.

Олесин язык послушно загулял по поверхности черной стопы, слизывая с нее следы пота. Амалия подняла ногу выше, проведя ступней по лицу Олеси, после чего впихнула ей в рот черную пятку.

— Покусай ее, помассируй своими зубками, белая шлюшка! Дааа, детка ты знаешь как сделать мне хорошо!

После того как и вторая черная ножка была обслужена таким же образом, Амалия поманила к себе белую девушку, жестом указывая ей сесть рядом на левый подлокотник кресла. Когда Олеся сделала это, Амалия обняла ее за шею и привлекла к пышной груди.

— Давай, детка пососи, — улыбнулась она, — мама сегодня угощает.

Пока Олеся, жадно сосала черную грудь, на полу перед рэппершей уже извивалась Лена, с какой-то нездоровой страстью вылизывающая черные ноги, обсасывая пальцы и нежно покусывая пятку. За это Лена была допущена к другой груди Амалии, заняв место справа. Негритянка обратила взор на Свету и та, поняв все без слов, послушно спустилась на пол и поползла к черной девушке.

— Ляг на спину, головой ко мне, — скомандовала негритянка, — вот так, хорошо! Рот открой, язык высунь! Молодееец!!!

Она засунула пятку в рот Светы, покрутив там, потом вытянула наружу и поставила ногу на лицо блондинки, слегка надавив — не сильно, но так, чтобы певичка прочувствовала ощущение черной стопы на своем лице. Негритянка сразу поняла, кто неформальный лидер «Платинума» и постаралась, чтобы Света как следует прониклась сменой ролей. Красавица с внешностью фотомодели, стерва, звезда и предмет вожделения для миллионов мужчин сейчас была не более, чем тряпкой, об которую вытирала ноги Амалия. И рэпперша хотела, чтобы это как следует отпечаталось в голове белой девушки.

Вытерев ноги об Свету, Амалия велела ей перевернуться на живот.

— Я думаю ты уже успела соскучиться по новой подружке, — сказала Амалия блондинке, раздвигая ноги, — ну же! — крикнула она, звонко хлопнув себя по промежности.

Не сводя голодного взгляда с истекавшей влагой расщелины Света подползла ближе, чтобы нырнув головой между черных бедер, запустить язык в горячую сочную пизду.

Год спустя

Концертный зал ревел от восторга, толпа бесновалась, словно зрители древнего Колизея, приветствуя победителя «MTV Video Music Awards» сразу в трех номинациях: «Лучшее женское видео», «Лучшее хип-хоп видео» и «Лучшее видео дебютанта». Самый удачный дуэт уходящего года, все последние месяцы неизбежно удерживающий высшую строчку всех хит-парадов, чьи скандальные клипы вызывали бешеный восторг подростков и лютый баттхерт у ханжей и моралистов всех мастей.

— Леди и джентльмены! — раскатился над залом голос ведущего, — встречайте! Лучшие исполнители уходящего года — «Marshmallow»! *

Погас свет и заиграла хорошо знакомая всем мелодия начальных нот хита. В полу эстрады открылись люки, откуда поднялись переливающиеся огоньками подставки на которых извивались в эротическом танце полуобнаженные девушки. Бывшие участницы «Платинума» в коротких юбочках и полупрозрачных декольтированных блузках, томно закатывали глаза и принимали позы одна соблазнительней другой, так, что у всех мужчин в зале вскипала кровь.

— Вы заждались сучки! — послышался веселый голос, — мама идет к вам.

Вспыхнул яркий свет и под звуки рэп-мелодии на сцену ворвалась Амалия Хэнкс, одетая в розовый топик и короткие джинсовые шорты. По обнаженным черным плечам хлестали длинные волосы, заплетенные в африканские косички, меж лопаток красовалась татуировка в виде египетского крылатого диска и надписью «Nubian Goddess».

— Настала пора попробовать зефира! — выкрикнула черная девушка, — поехали! Хоп! Хоп! Шевелите булками, сучки!!! Хоп! Хоп!

Три блондинки, извивались в такт музыке, подпевая черной солистке, выгибая спины, словно кошки и точно также мурлыкающие в микрофоны. Белые руки гладили тело Амалии, создавая волнующий эротический контраст черной и белой кожи; губы посылали воздушные поцелуи. Озорно улыбаясь белые девушки подставляли соблазнительные попки под шлепки черной девушки. Постепенно Лена, Света и Олеся сместились на пол, так что стройные черные ноги что не шагали по девичьим телам — девушки буквально выскальзывали из под каблуков Амалии. ( для всех) Вот Света выгнула спину и выпятила зад, нарочно подставляя его под сапог негритянки, придавивший девушку к полу. Перешагнув через нее, Амалия занесла ногу над Леной, но та раздвинула ноги чуть ли не в шпагат так что носок сапога лишь слегка придавил промежность блондинки, туго обтянутой салатовыми шортиками. Рядом вскинулась Олеся — Амалия притянула ее за талию, поцеловала взасос, вызвав одобрительный гул в зале и, ухватив за руки, пропустила у себя между ног, где Олесю подхватили две другие девушки. Славянки всячески изощрялись, принимая как можно более раболепные и развратные позы вокруг Амалии, а та, танцуя и жестикулируя, читала свой хит:

— Эй, детка, стой, слишком поздно уступать мне дорогу. Меня зовут Амалия и я обожаю нежных цыпочек с голубыми глазами и белой кожей. Они сладкие как зефир и мне нравится его вкус, о да, Амалия любит белых сучек. Не пытайся бежать, ведь я охотник, а ты моя добыча. Ты будешь делать все что скажу я и тебе понравится это. Ты будешь есть из моего горшочка меда и просить добавки. Стой и делай, что я тебе приказываю — потому что у нас в Гарлеме не привыкли слышать «нет»!

Тысячи девушек-подростков прильнули сейчас к экранам телевизоров и компов, наблюдая за красочным шоу. Среди них были белые и черные девчонки, из США и России, богатой Европы и нищих африканских стран. Но все они жадно впитывали разворачивающееся на экране грандиозное шоу, еще не зная, что все увиденное и услышанное изменит всю их дальнейшую жизнь.

*Зефир в шоколаде