Снегурочка. Часть8. Весна. Продолжение.

Продолжение

Грязь стала подсыхать на теле и неприятно стягивать кожу. Теперь её ещё надо было отмыть — мы с Юлианой пошли вглубь озера, к воде.

Пока шли, разговаривали о том, о сём, Юлиана рассказала о себе. Она училась в институте, по вечерам, иногда подрабатывала, танцуя стриптиз. Жила в одном городе со мной, у неё был парень и она любила «похулиганить». Слушая её, я думала, как странно — я только сегодня познакомилась с ней, и она сразу стала для меня самым близким человеком.

Мы решили не идти в каньон, пока не отмоемся. Выбрали местечко, так чтобы лёд был подальше от берега и было при этом неглубоко. Вдалеке виднелись рыбаки — сидели в тулупах, ловили рыбу. Достаточно близко при этом, метрах в 100, располагались только двое, да и то, сидели боком.

Первая зашла в воду Юлиана.

 — Аааа, — взвизгнула она, зайдя в воду по щиколотку, — ледяная какая

Лёд начинался метрах в трёх от берега, и куски его, разной величины, плавали на поверхности.

 — Да, уж, — ответила я, — а мне ещё с головой мыться

Мы отдалялись от берега, заходя глубже, постепенно привыкая к ледяной воде. Дойдя до кромки льда, мы углубились только до пояса. Контраст температур, между верхней частью тела, согреваемой солнышком, и нижней частью, скованной холодом, был очень сильный. Нужно было его сравнять.

Выдохнув несколько раз, собираясь духом, а потом, вздохнув глубоко, я присела в воду с головой. Я старалась, как могла, насколько хватало воздуха, прополоскать волосы под водой.

Вынырнув, я не могла открыть глаза — грязная вода текла по лицу. Я опустилась в воду ещё раз с головой — второй раз было уже не так холодно. Кое-как отмыв волосы, я принялась за тело.

Юлиана не стала нырять с головой, волосы у неё были чистые. Она умылась, а потом, черпая воду ладошкой, стала отмывать плечи и грудь. Всякий раз, поливая себя ледяной водой, она громко взвизгивала.

Зачерпнув двумя ладошками побольше воды, я неожиданно плеснула её, Юлиане на спину.

 — Ай! — вскрикнула она, — ну, я тебе сейчас покажу!

С этими словами, Юлиана стала плескать в меня водой. Она работала двумя руками, поднимая кучу брызг. Я тоже в долгу не осталась. Мы визжали и смеялись — дурачились, прыгая и плескаясь в воде. Рыбаки, похоже, забыли совсем про рыбалку — они во все глаза таращились на нас, двух голых девчонок, барахтающихся в проруби.

Постепенно холод стал проникать в меня, кожу стало покалывать, как будто тысяча микро иголочек вонзились в тело. Первая сдалась Юлиана — она выскочила на берег, и я, посмотрев на её синюю кожу, последовала за ней.

Она разлеглась на песочке, раскидав руки и ноги в стороны.

 — Аааа, — с наслаждением, произнесла она, — какой же тёплый песочек. Здорово

Я легла рядом на живот — действительно классно, песочек приятно грел животик и грудь, а солнце — спинку. Несмотря на лёгкий загар Юлианы, и мою природную смуглость — сейчас кожа наша была синяя, как у мертвецов.

 — Юлианк, а можно я посмотрю?

 — Да, конечно, — ответила она, сразу поняв, что я имела ввиду.

Я передвинулась поближе к ней, устроившись между ногами — её писька оказалась прямо передо мной. Никогда раньше, я не видела женские гениталии так близко. Её писечка была гладко выбрита, так гладко, что, казалось, волосы там вообще никогда не росли. Она была такая аккуратненькая, малые губки почти не выступали наружу, а колечко в клиторе, делало её просто красавицей. Я никогда не думала раньше, что можно залюбоваться половым органом, точно также, как другими, привычными нам, частями тела. Мы же можем оценить красоту, допустим, женской груди, мужских рук, а тут

 — А больно было? — спросила я.

 — Да, нет... С анестезией делали. Самое противное, что трахаться нельзя было две недели, чтобы инфекцию не занести. Тесную одежду не могла первое время носить — натирала. Пришлось зимой ходить в юбке и без трусиков, представляешь? Теперь привыкла, даже нравится.

 — Ну, и как?

 — Клёво! Чувствительность лучше стала. Чуть подёргаешь за колечко и я уже завожусь. Это моя маленькая «игрушечка» — я бывает даже не замечаю, как рука на автомате, сама тянется туда. Чуть задумаешься, а рука уже там — можно потеребить, покрутить. Здорово! Я вот думаю губки ещё проколоть.

Я продолжала лежать между ног у Юлианы и любоваться её киской. Такая она была хорошенькая, что мне непреодолимо захотелось её поцеловать. Приблизившись к ней губами, я нежно поцеловала её в самое начало складочек, в то самое место, через которое было продето колечко. На ощупь, её писечка была ещё холодной от воды и при этом очень нежной. Мне захотелось согреть её.

Я провела языком по её щёлочке, снизу вверх, потом ещё раз... Ёе вкус был такой необычный: это был коктейль из её собственного вкуса, немного солоноватого и аромата природы — свежего лесного воздуха, солнца и воды... Не контролируя себя, я раскрыла рот и сомкнула зубы, сжав её маленькую, вкусную писечку. Укусила я её не сильно, Юлианка вскрикнула, но мне кажется больше от неожиданности, потому что она не отстранилась от меня, а продолжала лежать с закрытыми глазами и выражением на лице приятной истомы.

Её клитор и половые губки слегка набухли. Я продолжала ласкать её, совершая язычком разнообразные движения, стараясь уделять больше внимание клитору, украшенному колечком.

В какой-то момент, я почувствовала, как тело Юлианы напряглось, спинка её выгнулась и через мгновение на неё обрушился оргазм. Я слегка отстранилась — ноги её инстинктивно сжались на несколько секунд и потом опять раскинулись по сторонам.

Снова приблизившись к её щёлочке, я стала продолжать ласкать её — её клитор, после оргазма, приобрёл сверхчувствительность, и на лёгкое касание языком, реагировало всё тело Юлианы, сильно при этом вздрагивая. Меня это дико забавляло!

Через некоторое время, согревшись немного, мы пошли опять отмываться. Мне нужно было ещё писю попытаться отмыть, попу и ноги, а Юлианке только песочек с тела смыть. Ноги и попку я отмыла легко, а вот отмывать мою щёлочку пришла на помощь моя новая подруга.

 — Давай помогу, — хитро сказала она, — я её испачкала, я и почищу.

Я села на попу, рядом с берегом где было неглубоко, и раздвинула ножки, а Юлианка пристроилась рядом. Сначала она промыла мои складочки снаружи, потом стала аккуратно вводить во влагалище свои пальчики, пытаясь отмыть изнутри. Но пропихнуть туда всю руку у неё не получалось — то ли моя писечка от холода сжалась, то ли в воде смазка моя смывалась. А как ещё вымыть грязь из влагалища?

Мы снова вернулись на тёплый песочек, погреться. Я сидела на песке, отклонившись назад, и с удовольствием принимала солнечные ласки — не предать словами, как это приятно после ледяной воды. На какое-то время я ушла в себя, наслаждаясь всем букетом ощущений. Вывела меня из этого состояния Юлианка.

 — Смотри, что у меня есть! — восхищённо произнесла она. В руках она держала плоский, но большой по площади кусок льда. Он был чистый и почти прозрачный, как стекло.

 — Ого, какой, — ответила я, — а зачем ты его принесла?

 — Сейчас узнаешь.

С этими словами, она подняла его над головой и с размаху кинула на плоский камень, лежащий в стороне. Большой кусок льда, раскололся на множество маленьких кусочков.

Юлианка собрала несколько льдинок в горсть, и подойдя ко мне, пристроилась меду моих ног.

Взяв в руку кусочек льда, средних размеров, она стала нежно водить им по моим складочкам, по клитору. Мммм... Невероятные ощущения. Мммм... Почти как зимой, во время моих прогулок, вот только солнце, припекающее, как  летом, вносила разнообразие в эти ощущения...

Медленно, этот кусочек спустился вниз, лаская внутреннюю часть бёдер и когда он оказался напротив входа во влагалище, Юлиана, неожиданно надавив на него, ввела его внутрь. Он легко, словно намыленный вошёл в меня. Сначала я ничего не почувствовала, но постепенно стало нарастать ощущение приятного холодка внутри меня. За первым кусочком последовал второй, потом третий... Первая горсть льдинок исчезла во мне и Юлиана пошла за второй.

 — Может хватит, — спросила я жалобно.

 — Нет, — твердо ответила она, — пока эту горстку не «съешь», не встанешь.

Следующую кучку льдинок, она принесла в двух руках. Пока она одну за одной запихивала в меня льдинки, я пыталась сдержаться, чтобы не закричать — ощущение холода, внутри меня, нарастало и постепенно перешло в нестерпимое жжение. Юлиана продолжала «фаршировать» меня льдом, кусочки уже с трудом пропихивались вовнутрь — влагалище было сильно растянуто.

 — Ну, вот, — сказала она, когда последняя льдышка, исчезла во мне, — теперь надо немного полежать, подождать когда они немного растают.

 — А-ааа! — я не могла больше сдерживаться, — ты что, сдурела? Я и так еле терплю!

 — Ничего, сейчас полегче будет. Я тебя погрею.

Она, прижав свой ротик к моей щёлочке, стала её интенсивно ласкать, лизать и покусывать. Через какое-то время действительно стало терпимей — боль внутри меня и удовольствие, испытываемое от ласк, боролись друг с другом!

Юлиана ввела в меня два пальчика и совершая вращательные движения перемешала льдинки.

 — Ну всё, готово, — с видом знатока, сказала она, как будто она готовила сложное блюдо и именно сейчас оно было доведено до готовности.

Я встала на ноги и тужась стала пытаться выдавить из себя кусочки льда. Из меня начали падать льдинки и грязная вода потекла по ногам. Юлианка пальчиком пыталась мне помочь.

Вроде лёд мы весь вынули, но ощущение холода внутри меня не проходило.

 — Во, что тебе нужно, — сказала она, показывая на камень, лежащий на песочке, по форме и размеру напоминавший куриное яйцо.

Я поняла, что она имела ввиду и взяла его в руку — он был гладкий на ощупь и приятно тёплый. С нетерпением, я ввела его в себя... М-мммм... Какой же кайф! Камень, нагретый на солнце, стал приятно согревать меня изнутри, возвращая тепло, моей замороженной писечке. Мне захотелось добавить тепла, и я стала ползать по песку, в поисках ещё камушка. Но похожего по размеру не было, был поменьше и он последовал вслед за первым. Потом ещё один. Мммм... Невероятные ощущения внутри — от нестерпимого ледяного жжения, до приятного, нежного тепла. Юлианка с интересом наблюдала за мной.

 — Юлиана, ты не представляешь, как здорово, — блаженно произнесла я.

 — Пора возвращаться, на ходу ещё письку погреешь, — весело отозвалась она.

Мы пошли в сторону каньона. Где — то шли по песку, где-то забирались на камни или спускались с них — увесистые голышики, перемещаясь во мне, вызывали очень приятные, необычные ощущения во влагалище.

Вдруг, откуда не возьмись, нам на встречу выбегает собака, помесь дворняги с терьером. Она весело виляла хвостом и держала при этом в зубах кусок какой-то голубой ткани.

 — Жуля, Жулечка, — Юлиана, присев на корточки, протянула руки к собачке, — иди ко мне.

Жуля подойдя к ней, присела, ожидая, когда её погладят. Юлиана потрепала её по голове.

 — А это, что у тебя? — спросила она, взяв в руки кусок ткани

Жуля зарычала, явно давая понять, что выпускать она его из своей пасти, не собирается.

И тут я поняла, что это за ткань...

 — Юлиана, это ведь кусок моих джинсов! — закричала я в панике.

Продолжение следует...

автора: