Секс как призвание. Часть 5

Неделя выдалась очень насыщенной. Павел был занят, тренируя и растягивая новую апологетку продажного секса. Время поджимало, потому что уже через три недели, по прибытии в конечный пункт назначения, её должны были передать на основное место работы, на другой корабль. Корпорация не приветствует приём на позицию проститутки вольнонаёмных. Но тут, вдали от цивилизации, срочно понадобилась шлюха и умники в офисе решили, что выгоднее отправить то, что есть под рукой, с самого близкого места. Этим местом оказался Гардафуй и клиническая идиотка, которая своей своевременной подачей заявления ещё раз подтвердила правоту постулата о том, что дуракам всегда везёт.

Времени для меня и моей груди у Павла не было, а разрядка была нужна регулярно. Иначе работа превращалась в пытку, а основной задачей становилось удержаться от соблазна потереться грудью о ноги пациентки. Пока мозг побеждал, удавалось саму себя уговорить, что проделать такой финт незаметно от головы, к которой посредством туловища приделаны ноги, мне не удастся.

Всю неделю, как только позволял рабочий график, я обедала и ужинала с капитаном и его верным Френки. Обнаружилось, что общество двух мужчин, которые точно знают, что они оба тебя трахнут и это только вопрос времени, неожиданно бодрит и освежает. После грудных оргазмов в капитанской каюте, делать вид что мне безразлично его общество было бы смешно и нелепо. Я реагировала как течная сука не только на его внешний вид, но и на голос и запах. Мне казалось, что у меня текут даже слюни. Артур всё это видел и ему нравилось. Он не бросил меня в сложную минуту, завершая каждую встречу активным соприкосновением с моими грудными железами. Заодно поинтересовался, планирую ли я пополнить его стадо дойных коровок. Он готов расширить вкусовую гамму молочных продуктов, потребляемых из первоисточника. На это предложение я ответила категорическим отказом, шесть сисек есть и этого вполне достаточно. Без меня обойдутся. Раздражало только одно, с пугающей регулярностью капитан продолжал предупреждать, чтобы я не лезла к новой проститутке и не встречалась с ней без свидетелей. Устав объяснять, что я уже взрослая, стала молча игнорировать эти нотации.

Благодаря Артуру и его умелым ручкам, я выяснила, что для нормального функционирования мне нужно не менее двух оргазмов в сутки. Оптимальный вариант восемь часов. Перерыв в двенадцать часов доставлял дискомфорт и мешал работе. Утро каждого дня, включая выходной, для меня теперь начиналось одинаково, с маструбации. Но этот устоявшийся график не превращался в рутину, потому что в финале ждала достойная награда.

Павел каждый вечер приводил ко мне Летику на осмотр. Он растягивал ей попу в экстремальном режиме, постоянно увеличивая диаметр плагинов. Она даже спала с анальной пробкой из медицинского стекла. Но даже такой исключительный порядок не мог повредить её здоровью, она уверенно двигалась в сторону фистинга, минуя надрывы и потёртости. К сожалению, её манеры и речи оставались на прежнем уровне, без изменений. Каждый приём сопровождался рассказами в стиле «хабалка деревенская», в которых хамство в мой адрес перемежалось хвастовством о новых, свежеизученных позах и способах. Себя Летика теперь называла исключительно гетерой и планировала взять творческий псевдоним Таис Афинская.

Я не утерпела и спросила, откуда такие глубокие познания в истории древней проституции. Спецкурс изучает? Оказалось, что Павел, когда обрабатывает её профессиональные отверстия, включает на мониторах кино, причём чем тупее, тем лучше. Это второй способ хоть как-то уменьшить словесный поток того мусора, который она постоянно несёт.

— А первый способ какой? Заткнуть фонтан? — я должна была выразить Павлу своё сочувствие, но это реально было забавно, — Тебе молоко должны за вредность выдавать, для поддержания работы мозга.

— Тебе смешно. У меня праздник, когда в рот ей заправляю. Всё равно пытается что-то мычать. Уже молодость вспомнил, брызгаю на корень языка лидокаином. Двух зайцев одним ударом, тошноту снимает и молоть языком с такой скоростью не может.

С понедельника Летику отправили на стажировку в бордель, причём клиентов подбирали хоть и из «белого» списка, но повышенного трудолюбия. Извратов им не надо, но засадят конкретно и будут исправно долбить всё отведенное им время.

Через пять дней интенсивного труда, уже в ночи, Летика прибежала ко мне в жилой отсек. Желания пускать её в свою каюту у меня не было, но девушка так интенсивно рыдала и просила о помощи, что я не выдержала и запустила её внутрь.

Жалоб на физическое состояние не имелось, было множество претензий к травмам, которые ежедневно получала нежная и трепетная душа куртизанки.

— Всё не так, как я думала! Я жрица любви, меня всегда поклонники окружали. А эти, ужасные, они меня вообще не слушают! Будто меня нет! Пустое место. Они меня не видят, мою личность! Унижают меня!

Я попыталась её успокоить и объяснить, что жрицы и любовь не по этому адресу. Дом терпимости это работа, тяжёлая и выматывающая, секс и ничего более. Что эту специфику надо воспринимать как должное, зато через пять лет она вернётся в нормальную жизнь обеспеченной женщиной. И займётся тем, что считает нужным.

Истерика перешла в новую фазу, через пять лет я буду старухой, никому не нужной, поговорите с капитаном, пусть меня отпустят, вы же женщина и врач, должны понять, помочь и отпустить. Конца и края этому визгу не предвиделось.

Тут неожиданно дверь отъехала в сторону, влетел Павел, который без лишних слов и разъяснений выволок крикунью в коридор, где придал ускорение в сторону лестницы. После чего вернулся ко мне и устроил выволочку на тему того, что надо хоть иногда включать разум и соображать, что делаешь.

— Эта мразь саму себя исцарапает. Потом скажет, что полкоманды изнасиловать хотели, а вторая половина убить пыталась. А ты помогала и тем и другим. Тебя сколько раз предупреждали?

Я признавала его правоту, но как он узнал, что происходит и как оказался в моей каюте? Я решила из глухой защиты перейти в нападение.

— Как узнал? Под наблюдением она у нас, как социально опасный элемент. Теперь и за тобой наблюдать надо, потому что ты бестолочь. Вроде умная, но иногда дура дурой.

На следующий день я получила втык ещё от капитана, и от его помощника и от адъютанта Серёги. Всё это дополнялось перманентно забегающими в течение рабочего дня шлюхами, каждая из которых старалась меня уберечь от общения с новенькой. К вечеру всё это доконало меня до такой степени, что я решила завершить процесс самоулучшения не дожидаясь обратного рейса. Полторы недели достаточный срок для того, что бы сжиться с новыми функциями. Помня о договорённости, связалась с капитаном. Артур проявил энтузиазм, встречу назначили в моём кабинете ранним утром.

Я заранее, с вечера, воспользовалась биогелем, который регулярно употребляли наши работницы интимной сферы. Он вступал в контакт с естественной средой, образовывал защитную пленку, которая препятствовала инфекциям, беременности и потертостям. Профессионалкам требовалось его обновлять в среднем раз в месяц. Он самоудалялся при месячных. Поэтому в критические дни занедужившие могли предоставлять только услуги орального характера.

В семь утра наше трио встретилось на моём рабочем месте. Капитан попросил объяснить, что и в каком порядке мы планируем делать. Павел начал с кляпа и фиксации, зачем это надо, затем инъекции, немного ужаса и хоррора, ну а дальше в дело вступаем мы, мужчины.

— Но я первый, — уточнил Артур и спросил, какой рисунок будет у меня на пояснице.

— То есть как это не думала? Делать, так по настоящему. Симуляция не пройдёт. Бери пример с Клубнички.

— Клубничке хорошо, у неё ягода красивая. А у меня якорь на вкус дыни. Мне что, жёлтый круг на пояснице рисовать? Или овал? — попыталась я перевести стрелки.

— Зачем круг. Сделай цветочек. Дыня же цветёт. Такой маленький жёлтый цветочек, — не теряя времени, капитан нашёл нужные  картинки в корабельном терминале.

— Вот, смотри. У дыни мужской и женский цветок. Выбирай, который больше нравится.

Остановились на том, который меньше похож на цветок огурца и распечатали нужный рисунок. Я нервничала, постоянно дёргала Павла, ничего ли он не забыл, ведь главное не перепутать. Наконец он не выдержал, попросил открыть рот и вставил кляп, после чего предложил раздеться и проследовать на стол в коленно-локтевую позицию, расставив ноги и задрав попу вверх как можно выше. На моё возмущённое тыканье в сторону рисунка и своей поясницы, объяснил, что им на него смотреть, так что сами разместят там, где больше всего глаз радует.

Меня зафиксировали на столе, Павел подкачал кляп до состояния хомяка с добычей и мужчины приступили к обсуждению где лучше смотрится дынька, повыше или поближе к попе. (Специально для — ) При этом Артур периодически проговаривал — Где тут мой маленький женский цветочек, куда он спрятался, — мягко проникая пальцами в мои лепестки, — где у нас тут завязь?

Наконец этот сеанс петтинга закончился, цветочек поместили на тщательно выбранное место и Павел приступил к уколам. То, что мне казалось адом после инъекций в грудь, было только чистилищем. Вот теперь я точно оказалась в преисподней, в ловушке расплавленного тела, которое сжигали заживо. Постепенно боль утихала, её заменял огонь, который поддавал жару в другой плоскости. Любое даже не движение, дуновение воздуха, вызывало такую похоть, что все мыслительные процессы остановились. Мысль была только одна — Хочу! Хочу!

Павел спустил и вытащил кляп, чтобы узнать как я себя чувствую, можно ли переходить к следующему пункту плана.

— Трахни-трахни-трахни, — я завывала это как волшебную мантру, которая поможет и спасёт от этого пламени, которые полыхало по всему телу.

— Сейчас. Температуру измерю и пульс. Налицо явное повышение и усиленное сердцебиение. Это же научный эксперимент, ты забыла?

Я уже не могла думать ни о какой науке, я хотела только одного, что бы он хоть что-нибудь сделал, что бы моё тело позволило вернуться разуму на привычное место. Я закричала — Трахни же! И начала биться, пытаясь вырваться объятий пенки.

— Как всё запущено, — Павел оперативно, отработанным движением сунул мне в рот кляп в виде фаллоса — Пососи пока. Остынь. — Застегнул на шеё кожаный ошейник, который притянул к кронштейну стола. Теперь я могла только мычать и раскачиваться. Вперед-назад, вперед-назад.

После чего я получила градусник в попку, мне измерили давление и пульс. Потом он сохранял данные, а я его ненавидела и хотела. Неважно кого, он, Артур, да любой мужик который засунет поглубже, стал бы в эти минуты моим героем. Я продолжала раскачиваться, сопеть и мусолить свой кляп. С меня скатывались капельки пота, я сама ощущала тот запах секса, который источала. Но те два кобеля, которые имелись в наличии, сохраняли железную выдержку.

— Ну а теперь займёмся тобой.

Павел демонстративно и нарочито смазал руку и меня гелем. Подул на хорошо удобренное место. И начал процесс. Но не того места, с которого хотела я! Я протестующее замычала и задергалась, пытаясь показать что ему надо переместиться к другой дырочке. На что получила ответ в виде двух увесистых шлепков по заднице.

— Тебя не спрашивают! Расслабься и получай удовольствие!

Я начала частить, пытаясь хотя бы почаще насаживаться на его пальцы и заставить быстрее ввести кисть целиком. На что получила ещё пару ощутимых затрещин по попе. — Не угомонишься, получишь ещё и сильнее.

Артур уже успел раздеться, встал перед моим лицом и разминал свой член, который уже явно был готов к нагрузке. Я пыталась всеми доступными средствами промычать, что мне срочно нужна его помощь, в любом доступном месте. Но он не поддавался на уговоры.

Наконец Павел оставил в покое мою задницу и вытащил на середину комнаты любимую кушетку, на которой сразу расположился Артур. Меня выпустили из объятий стола, капитан усадил сверху, спиной к себе. Для меня это была новая поза, вариант «женщина сверху стоя» я не пробовала.

— Почему не лицом? — поинтересовался Павел.

— Цветок хочу видеть, работает или нет.

Мне уже было всё равно, что они обсуждают и чего хотят, обхватив руками его голени, я насаживалась на него максимально глубоко и насыщенно. Не знаю, что планировал Артур, мне хватило минуты, чтобы взорваться фейерверком. Я растворилась в этом море ощущений, не осталось ни мыслей, ни желаний, только чистое удовольствие.

На этом корабле для меня многое было впервые. Но первый в жизни оргазм от мужского члена пока безоговорочно лидировал в рейтинге новых впечатлений и чувств.