Сделка. Глава 4

Звонкий щелчок пощечины раздался эхом по всему туалету и в моей голове. От неожиданности я отступила на несколько шагов, глядя выпученными глазами на Фрэнки не в силах произнести ни слова.

«За что?! Какая, твою ж мать, лицензия?!» — бешено крутилось у меня в голове вместе со звоном от удара.

Махнув рукой Фрэнки отослал своих телохранителей из туалета, оставшись со мной один на один. Медленно он окинул меня, прижимающую ладони к горящей и немного распухшей щеке взглядом, словно видел впервые. Хоть это был и не кулак, но парень не делал поблажки лишь потому что я девушка.

— Ты что ж творишь, сучка? Ты либо очень смелая, либо о-очень тупая раз решилась спустить в унитаз нашу репутацию.

— Я... я не понимаю... — проглотив застрявший в горле ком пролепетала я, едва не рыдая от страха и растерянности. Нечто подобное я испытала лишь раз — когда меня Алена едва не порешила и именно в этом туалете.

«Если выберусь от сюда живой — никогда больше сюда не зайду даже под дулом пистолета» — ощущая во рте металлический привкус крови, дала себе зарок я. Кажется губу разбила.

— Ага, значит тупая. В наших туалетах клиентов не обслуживаю. Никогда. Для этого есть отдельные комнаты, дура. Почему сразу ко мне не пошла? Мозгов не хватило? — вновь распалился Френки, занося руку для удара, но быстро передумал, когда я невольно шарахнулась и забилась в угол.

— Н-не бей, помилуйте!... я же... не знала

— У нас серьезное заведение, обезьяна ты чернозадая! Если пойдут слухи, что у нас в сортирах левые шалавы работают, то получится словно у нас совсем уровень обслуживания упал, — навис надо мной парень, сжимая ладони в кулак. Не смотря на переполняющую его злобу он удержал себя от рукоприкладства, но смачно плюнул мне в лицо, и это самую малость разрядило остановку. — Сколько он тебе заплатил?

— Т-т-три пятьсот

— Выворачивай сумку, — приказал Френки тоном не терпящим возражения.

Дрожащими руками я поспешила открыть сумочку и вывалила все содержимое на чистый кафель пола. Во мне проснулась надежда, что все обойдется, ия обеими руками отчаянно ухватилась за эту «соломинку».

С негромким стуком на пол посыпалось то немногое что умещалось в мою микро-сумочку. Небрежным движением местный сутенер поднял заработанные мной деньги и немного удивленно приподнял бровь, увидев у меня использованный узелок-гандон.

— За что он заплатил?

— Минет... Потом в киску... Купил трусики... И... ну... — заминаясь выкладывала я все как на духу.

— Что «и ну»? Хорош мычать, говори уже.

— В... в попку написал

— А вот это уже интереснее. А ну ка, покажи! — немного заинтересованно, увидев меня в новом свете, приказал он.

Не строя из себя недотрогу, поздновато уже для этого, я задрала юбочку демонстрируя затычку. Видя его желание увидеть больше чем просто черный кругляш ручки торчащий из моей жопы, я нависла попкой над писсуаром и вынула анальную пробку, выпуская наружу золотистый поток мочи. Рефлекторно сжимая кишечник я спустила последние капли жидкости и ввинтила затычку обратно. Госпожа ясно дала понять свою политику относительно моей попки, да и самой мне затычка более не доставляла дискомфорта и даже приятно стимулировала где надо при ходьбе.

— Ха, а ты шоколадная моя, знаешь толк в извращениях. Отлично, деньги я изымаю, за право получить прощение. Вылижешь во-о-от этот писсуар — считай квиты, — указал он на белоснежны писсуар, в который я спустила подарочек своего первого клиента. — Для такой бляди как ты это не должно стать проблемой. Иначе мои мальчики ноги тебе переломают в назидание прочим идиоткам которые вдруг решат рыбачить в моем пруду. Решать тебе.

Его предложение по идеи должно было шокировать меня или как минимум смутить, но ничего подобного я не испытывала. Только радость за возможность выбраться их этой передряги столь мало ценой. И когда только я стала такой извращенкой?

Не желая слишком уж затягивать с унижениями, я решила сделать это быстро и решительно — как сорвать пластырь.

Опустившись на пол я с кислой миной провела языком по белоснежной керамике стараясь не думать о том, сколько мужиков ссало на него. Потом снова и снова, я вылизывала каждый дюйм писсуара, краем глаза наблюдая за реакцией Фрэнки гадая, когда мне можно будет прекратить это унижение. А этот гад, тем временем лишь широко лыбился, любуясь запуганной шлюхой-неудачницей.

Пройдясь последние несколько раз по сливу воняющего ссаками писсуара уже изрядно уставшим и онемевшим от грязной работы языком, я с несчастной миной отстранилась. Во рту стоял легкий горьковатый привкус. Судя по тому, что Фрэнки меня не остановил, когда я направилась к кранам с водой, чтобы прополоскать поруганный рот и его довольной роже — я справилась с поставленной задачей.

— Умничка, шлюха, а ты мне и вправду нравишься. Если хочешь уйти — то скатертью дорожка, но если все еще не отказалась от мысли заработать — могу предложить тебе место с последующим карьерным ростом. Но сперва покажи зачем тебе это, — кинул он к моим ногам гандон со спермой.

Судя по его ехидной улыбки Фрэнки как минимум догадывался если не знал наверняка, а я в свою очередь совершенно не собиралась скрывать своих намерений. Едва ли не гордо вздернув носик развязала резинку и держа пальчиками за наполненный спермой конец, выдавила вкусненькое содержимое в рот да с нескрываемым наслаждением проглотила все до последней капли.

— Отлично, ты подходишь по всем критериям, я беру тебя на самую низкую ступень, но уверен ты быстро поднимешься. Пойдем, покажу где ты будешь работать, — махнул мне рукой Фрэнки пока я в спешке собирала с пола содержимое сумочки. Окрыленная надеждой к восьми часам раздобыть необходимую сумму и стараясь не отставать, я зацокала вслед за моим первым в жизни работодателем, который по прихоти судьбы оказался еще и сутенером.

Путь Фрэнки лежал к двери напротив мужского и женского туалета, на которой красовалась табличка «Только для персонала» и дежурила «горилла» в костюме. Проведя голубой магнитной картой без опознавательных знаков по считывающему устройству, дверь с писком открылась.

— В городе существует несколько подобных дверей с различными уровнями доступа за которыми находятся похожие заведения. У меня в клубе самый низкосортный, синий уровень, в котором предоставляют не самые изысканный сервис, но простому народу нравится. Есть еще красный и черные уровни, но туда ходят более требовательные и высокопоставленные клиенты, а работать более квалифицированные и проверенные шалавы. Тебе туда пока доступ заказан, — спокойно объяснил мне сутенер, проведя меня по короткому коридору в шумный зал.

Здесь тоже был бар, но на этом сходство с публичным залом из которого мы пришли заканчивалось. Начать следует с того, что некоторые мужики в зале без зазрения совести «передергивали» свои торчащие из штанов члены, а одна из снующих туда-сюда в голубых бикини официантки по одному мановению руки опустилась перед одним из них на колени и подставила полупустую пивную кружку, в которую незамедлительно начали спускать накопившееся «напряжение». Вдоль стен находились голубые двери с экранчиками.

— Каждый посетитель в этом зале прошел проверку и имеет синюю карточку с медицинской гарантией отсутствия заразных заболеваний. Каждая телка на этом пастбище должна принимать кончу в кружку от любого из них, а потом сливать ее в спермоприемник, но любые половых актов в зале запрещены. Как видишь здесь множество дверей, точнее 10, а экранчики рядом с каждой показывают статус комнаты и какая из половинок кого, там находится — трахаться разрешено только там.

Признаться, про «половинки» я совсем ничего не поняла. У барной стойки стоял огромный широкоформатный телевизор на котором немолодой мужик не спеша и со вкусом присовывал торчащей из стены нижней женской половинке. Собственно многие без всякого стеснения дрочили именно на события происходящие на экране. Заметив мой живой  интерес к «кино», Фрэнки усмехнулся.

— Это происходит в одной из кабинок, стоит переключить канал и ты узнаешь что творится в любой из десяти, — пояснил он, небрежно подходя к барной стойке. — Славик, плесни мне стакан вискаря, как обычно.

Усатый бармен Славик в считанные секунды с завидной ловкостью выполнил его заказ.

«И как он бедолага здесь работает? Да у него стопудово от изобилия женских прелестей вокруг — постоянный стояк» — только и могла поражаться я героизму и «стойкости» усатого.

Одним глотком допив виски, Фрэнки повел меня дальше. Сначала я подумала он собирается показать мне кабинки, но сильно ошиблась. Следующей и последней нашей остановкой стала раздевалка.

— Я привел тебя сюда работать, а не экскурсии устраивать, — надменно усмехнулся он, открыв шкафчик с надписью «Спермоприемник — Зал». — Пока не удостоверюсь, что ты чиста, я не могу позволить тебе работать с клиентами на прямую... Но вакансия кончеотвода в зале у нас некоторое время пустует. Работа плевая, но у нее есть свои нюансы. А еще это хорошая возможность испытать тебя. Раздевайся. Игрушку тоже оставь.

«Из его уст это и вправду звучит несложно. Главное меня ебать не будут, спермой накормят, да еще и деньги заплатят» — обрадовалась я расстегивая юбку и снимая топ.

Раздевалка оказалась не маленькая и обустроено весьма по современному. Большие шкафы в ряд, гримерки с зеркалами во весь рост, замечательное освещение, кондиционеры. Я даже дверь в душ заприметила в конце комнаты.

— Спермоприемники стоят в каждой синей комнате, но в зале все иначе. У тебя еще будет время понять разницу, — оценивающе глядя как я раздеваюсь и довольный моим видом кивая продолжал он свои объяснения. — К моему стыду, черненьких у нас еще не было... Хм... Черное и белое — это будет офигенно! Ты станешь гвоздем программы, детка.

Я слушала его в пол уха, ставя туфли в шкафчик. Вслед за ними пошла и моя анальная затычка и теперь я была полностью обнажена и готова к выходу. Не смотря весь моей не богатый, но весьма специфический прошлый опыт, меня реально пробило на мандраж. Коленки тряслись и в горле неожиданно пересохло, но уйти сейчас я просто не могла. Поздно рыпаться, подруга.

Оценив по достоинству мои превосходные физические данные, за которые мне следовало благодарить демонессу, превратившую меня в чернокожую красавицу-членососку, Фрэнки успокаивающе потрепал меня по головке и, взяв меня под ручку, повел в зал к толпе клиентов. А там времени даром не теряли. Народ расступался перед Фрэки, пока перед нами не показалась странная конструкции в середине зала, состоящая из системы штативов и ремней. Заметив мое недоумение и смятение, официанточки, с дозволение барского кивка от моего работодателя, осторожно взяли меня под руки и подвели к «этому». Я понятие не имела что с ней делать и как себя вести, но девушки понимающе (видать не впервой им подобное) усадили меня на ламинированный пол и, к моему удивлению, заставили перевернуться вверх кормашками. Пока одна поддерживала меня в нужном положении, другая ловко застегивала ремни и уже через пару минут я лежала-висела на полу кверху попой с задранными, растопыренными ногами. Руки завели за спину и привязали к основанию штатива, как и ноги к отходящих в разные стороны трубах. Спеленали так, что я пошевелиться не могла. На глаза надели кожаную повязку из БДСМ аксессуаров.

Казалось бы на этом все и закончится, но — нет. Под довольный шепот толпы, нечто холодное вторглось в мой анус. От неожиданности я даже негромко ахнула. Френки тихо шикнул на меня и шлепнул по ягодице.

— Мебель не разговаривает и не издает звуков, — засовывая сразу несколько пальцев в мою открытую на всеобщее обозрение киску и играясь с увлажняющимися, как по мановению волшебной палочке, стенками влагалища напомнил мне мой новый Босс. Послышались странные щелчки и я почувствовала как нечто раздвигает мое «очко». Скорее всего то был анальный расширитель. Сперва натренированная Госпожой попка легко растягивалась, но Фрэнки словно желая узнать ее предел не останавливался и продолжал подкручивать. Сначала вернулся знакомый дискомфорт, затем зуд и вскоре я уже кусала от боли губы. Казалось еще чуть-чуть и меня буквально разорвет надвое. К счастью, уже через пару секунд мою попку оставили в покое и судя по восторженным восклицаниям и сальным шуточкам, зрелище там было то еще.

— Дамы и Господа, сегодня у нас знаменательное событие, впервые в нашем маленьком клубе вас будет обслуживать черный, как сама ночь в Нигерии, спермоприемник. Пусть она еще неопытна, но вас она не разочарует. Встречайте! Лолачка «Черная Дыра»! О, наш ночной цветок пустыни, так удобрим же ее и поможем прорости! — словно зазывала, задорно представил меня публике Фрэнки. — Вы только посмотрите на это дупло! Да она бьет наши личные рекорды! Эти расширители были сделаны на заказ и сейчас, впервые они накручены на максимум!

Ох, не этого я ожидала, соглашаясь на эту работу. Мне стоило больших усилий расслабить свою превращенную в слив для спермы попку. О, как бы я хотела увидеть себя со стороны!

Не успела я подумать об этом, как почувствовала внутри себя нечто мокрое и теплое. Мое обостренное обоняние тут же унюхало знакомый запах спермы. И было ее не мало, возможно один из тех заполненных ранее стаканов.

После этого мир словно сошел с ума. По моему телу загуляли грубые мужские ручищи шлепая по выдающимся сиськам и жопе, гладя мою кожу и засовывая пальца куда только можно и нельзя. Судя по характерным звукам, в мой «слив» не только дрочили и сливали уже заполненные стаканы, но и плевали словно в плевательницу. Это было удивительное совершенно незнакомое ранее ощущение, как во МНЕ, внутри моего распахнутого, пульсирующего кишечника плещется вся эта склизкая масса из спермы и слюны.

А народ тем временем продолжал потягивать напитки и обсуждать меня словно мебель.

—... Бля, ты только зацени ее формы! Какие сисоны! С виду и 18 не дашь, а по «баллонам» уже за двадцать

—... Жопень тоже ничего, отъелась на харчах русских тварь черножопая

—... А ее зубастая пизда тоже рабочая? Я бы проверил ее на прочность. Глотка небось лужоная

—... Эй, Фрэнки, ты ее уже пометил? Гляди, а то ведь конкуренты уведут и пиши пропало

— Блядь, у этой сучки самые большие соски какие я когда либо видел, так и напрашиваются на пару здоровенных колечек! И в нос

—... Эй, принесите «колбу»! Не могу смотреть как такая пизда простаивается

У меня голова шла кругом от услышанного. О чем говорят эти люди? Мало того, что тело с ума сходило от грубых потискиваний, а груди и задница саднили от постоянных шлепков и жамканья, так еще эти пугающие разговоры... и это когда я и пальцем не могла пошевелить в свою защиту, хотя и понимала, как бы это было бессмысленно.

Сперва это показалось мне пустым трепом в целях попугать дебютантку, но вскоре острая боль от иглы машинки для пирсинга пронзившей левый соске быстро убедила меня в обратном. От неожиданности испуганный крик боли вырвался из моего рта, вызвав в окружающих восторг но также слабые нотки недовольства.

— Мы так не договаривались... — слабо ворочаясь в крепких путах залепетала я давая выход невидимые для обидчиков из-за повязки слезам.

— А ну, цыц, спермоотстойник. Ты сама согласилась на эту должность, тебя никто сюда силком не тащил. Все что с тобой сейчас делают — стандартная процедура. Мои работницы все помечены, что бы не переметнулись к конкурентам. У нас с ними перемирие. Они не забирают моих сучек, а я — не трогаю их, — раздался над ухом голос Фрэнки и второй сосок постигла та же участь, но на этот раз я была готова и сдержалась. А тем временем кто-то словно на прочность проверял мою манящую своими сочными половыми губами щель пизды, раздвигая их и чуть ли не засовывая внутрь всю ладонь.

— Ебать какая щель! Бля, как же жаль что сегодня нельзя ей присунуть. Эта пилотка доставила бы мне сегодня море удовольствия. .. — басом восхищался кто-то моем новым детородным женским половым органом и тут же нетерпеливо добавил. — Да где же колба?... Нельзя же заставлять такую мокрощелку простаиваться!

А щелка и вправду была мокрой. Я все гадала, что же это за колба такая? Воображение рисовало колбочки из лабораторных по Химии, но то что просунули в меня было в разы больше. Наверное там было сантиметров 4—5 в диаметре и 20—30 в высоту... Или в глубину? Чьи-то бессовестные руки сначала развели мои голодный нижний ротик и засунул туда холодное стеклянное основание того, что они называют «колбой», а затем начали вкручивать ее, словно лампочку в патрон. (Специально для sexytales.org — секситейлз.орг) Боже, здесь уж я не смогла сдержаться, внутри меня все сжалось и с предательским стоном я кончила на глазах у похотливой публики. Но даже после этого меня не оставили в покое.

— Миха, а мы тебя как раз ждем. Набор при тебе? Вот та новенькая, которую нужно заклеймить

Внутри меня все похолодело, а тем временем чьи-то холодные пальцы с профессиональным, нежели похотливым интересом стали изучать кожу в области чуть пониже спины.

— З-заклеймить? Фрэнки мы так не договаривались! — от страха не сдержалась я и заговорила, тщетно пытаясь вырваться. — Немедленно отпусти меня!

— Но-но! Не надо истерик, — спокойно произнес его голос рядом со мною и его рука нежно пошлепала меня по щеке. — Клеймом, мы называем ультрафиолетовую татушку которой метим всех наших... хм... работниц. Ценных работниц, так что тебе следует гордиться. Не каждую шлюху мы принимаем так быстро на работу, но публике ты приглянулась. Считай это мерой предосторожностью, чтобы ты не слиняла в другой клуб. А ротик твой надо бы занять, сказал же помалкивать. Хотя — неважно, самое время тебе пососать.

Я примолкла в ожидании, когда мне в рот присунут член, именно так я восприняла его слова, но все обернулась иначе. То что мне просунули в полуоткрытый рот, оказались две трубки.

— А теперь делай то что у тебя лучше всего получается — соси и глотай, — твердо приказал мне Босс, больно сжав черный проколотый сосок. — У тебя уже дырки переполнены — пора освобождать место. Соси, шалава, и чтобы больше не слова, до тех пор, пока тебя не снимут. Уяснила?

В качестве ответа, я плотно обхватила трубки губами и сделала глубокий вдох... и еще один... и еще. Поначалу мне была отвратительно сама идея глотать то, что переполняло мой зад и «колбу» во влагалище, думала стошнит, но уже первые глотки этой густой вкуснотищи переубедили меня в обратном. Громко сопя носом я всасывала и всасывала, наслаждаясь этим коктейлем из спермы и слюны множества мужиков. Это так увлекло меня и я не сразу осознала жжение на левой ягодице. Кажется Миха принялся за «клеймение».

Ослепленная, не способная пошевелиться я сосала и сосала, насыщаясь сладким нектаром щедро предоставленным посетителями заведения. Одурманенная запасом и вкусом мужского семени я потеряла счет времени. Выпитое «молочко» пьянило меня почище чем пара литров текилы. Должно быть еще это был еще один побочный эффект моего измененного метаболизма, до этого мне не доводилось столько «употреблять».

Сколько прошло?... Пол часа? Час? Два? Когда мастер закончил свою татуировку? Сложно сказать. В чувства меня привела все та же боль только на этот раз в носу. К тому времени я уже сосала через силу. Мутная конча булькала и пузырилась у меня во рту, стекая вниз по лицу. Щелк! И носовую перегородку обожгла так знакомая мне игра. Совсем никакая, едва ли не хрюкая, я даже взвизгнула как то вяло.

— Это первая часть наказания которое уготовила тебе Аленка. Я звонил ей, она просила передать тебе, что ты уже провалила задание, — на ушко сообщил мне Фрэнки. Меня же переполняла такая апатия, что хоть режь — все по барабану.

Немного спустя стали развязывать ремни освобождая мои затекшие конечности из плена. Предварительно из меня вынули «колбу», а освобожденное от расширителя, упорно не желающее сжиматься развороченное очко заткнули пробкой явно побольше той с которой я пришла в клуб. Это был настоящий вызов моей хваленной регенерации, сможет ли мой анус стать из здоровенного дупла в аккуратную дырочку или навсегда останется анальной ямой? Иначе такая только лошадиному херу теперь подстать.

Подобно сомнамбуле, меня под руки отвели в раздевалку и сопроводили вплоть до душа, где и сняли, наконец, с глаз повязку. Помня о заведомом проигрыше, я не особо спешила тупо стоя и наслаждаясь теплыми струями воды омывающими мое измученное тело. Казалось после этого дня привкус спермы во рту никогда не покинет меня. А самое ужасное — мне хотелось больше! Ох, мой ненасытный округлившийся от выпитого животик — ему словно этого мало было!

После продолжительного душа я еще покрутилась перед зеркалом силясь рассмотреть художества на своей ягодице. Невидимая татушка и вправду оказалась невидимой, зато другое оказалось очень даже на виду. В каждом соске поблескивали по штангочке, а в носу висело самое настоящее кольцо, придавая мне диковатый вид. Будь то кость в носу — точно походила бы на экзотическую африканскую дикарку, но и с кольцом все равно получилось чудно-то как-то.

Едва переставляя ноги, мечтая только добраться до дома и отрубиться без задних ног, я оделась-обулась и собрав пожитки вышла из раздевалки. Там меня уже ждал Фрэнки махавший у меня перед носом купюрой в 5 тысяч.

— Сегодня был пробный забег так сказать, поэтому всего 5, но ты себя показала с весьма интересной... хм... стороны, — положил кровно заработанные деньги мне в руку он и тут же передал мне в руки пакет. — А это остатки трапезы. Твоя владелица сказала тебе это нравится. Тебя подвести до дома?

Тогда я без задних мыслей тут же согласилась. Едва держась на ногах, уставшей как собака мне не хватало здравого суждения, а мысль поскорее попасть домой вынудила согласиться на столь щедрое предложение. Будь я немного подозрительнее, непременно заподозрила Фрэнки в желании узнать таким вот хитроумным способом место моего проживания. А так оно и было на самом деле.

Время уже давно перевалило за десятый час и ловить в потемках такси или попутку совершенно не хотелось.

«О, мой чудо-Босс ездит на синем Порше», — залезая в машину вяло подумала я. В другое время я бы, как говорят обычные девочки, описалась от восторга за шанс покататься в таком авто, но то раньше.

Всю дорогу я клевала носом едва удерживая себя в сознании. Мысль о предстоящем наказании не давала мне покоя и помогала удерживаться наплаву. Что на этот раз уготовит для меня Госпожа? Дыбу и горячий воск? Порку розгами? Что угодно, лишь бы не долго. Вздувшийся от переполнения сытый животик и усталость требовали от тела сна. Выгони Алена меня в образе собаки на улицу ночевать, я готова была залезть в подвал или на чердак и вырубиться до самого утра, только вот не станет она этого делать со своей то собакой, не выкинет меня на улицу ибо любит животных — в этом я ни капли не сомневалась. Впрочем, если только не в образе шавки, то все может быть

Высадив измученную меня у подъезда Фрэнки распрощался взяв с меня слово вскоре увидеться и укатил, оставив меня на растерзание Алене. До двери я пробиралась едва ли не как вор, стараясь не столкнуться ни с кем из жильцов — в носу до сих пор висело колечко, которое удивительным образом заставляло меня чувствовать себя крайне неловко. Меня, ту которую толпа мужиков весь день унижали, опустив до уровня вещи, живого спермоприемника. Время было позднее, поэтому мне сильно повезло, но на этом мое везение закончилось.

— Деньги, — прямо с порога протянула руку Алена, в которую я тут же вложила так тяжело заработанную купюру. — Ты облажалась, ты же понимаешь это, неправда ли?

Алена была одета в небрежно накинутый на обнаженное тело коротенький шелковый светло-розовый халатик. На ее лице была маска из какой-то гадости, которая предавала ей еще большее устрашение. По крайне мере мне так показалось. Алена умело поселила страх и трепет в мое сердце и я уже не могла думать о ней как о своей бывшей шлюхе, которой безраздельно помыкала.

— Да, я опоздала, Госпожа...

— Не только. Я же сказала — нельзя продавать вещи из моего дома, но где твои трусы? — высокомерно произнесла она, бесцеремонно запуская руку мне между ног и больно хватая за клитор.

Я непроизвольно ахнула и подалась назад вырвавшись из неприятной хватки. Ох, лучше бы мне было не делать этого. Алене ой как сильно это не понравилось. Еще одна звонкая пощечина отбросила меня к двери. Так лупить может только она, моя Алена. И как только у нее у самой рука после такого не отвалилась? Почти тут же остыв, Госпожа схватила меня за волосы, слабо сопротивляющуюся, отволокла в мою комнату и бросила на пол.

— Я понимаешь ли, паскуда ты этакая, стараюсь для тебя, делаю все, чтобы твоя отработка долга прошла как можно менее болезненно для тебя, а ты вот как, да? — обращая меня с помощью своего адского телефона в суку прошипела она.

Теперь все мои оправдания превращались в лишь в жалобные тявканья и я решила за благо промолчать. Тем не менее тявканье раздалось, но не из моего рта. Каково же было мое удивление, когда Алена ввела в комнату здоровенную псину, так похожую на ту, которую продала и которую я видела в зеркале.

— Познакомься, это Ричард, брат первой Лолы. Он будет жить с нами эту недельку, пока его хозяин в отъезде. Я очень надеюсь вы поладите, более того я приложу к этому особые усилия, — загадочно произнесла Алена, доставая из декольте маленькую склянку с пурпурной жидкостью.

«Началось,» — пронеслось у меня в голове пока я в страхе пятилась к кровати. Была ли то доморощенная женская интуиция или просто так сложилось, что от Лены, Госпожи Лены, ничего хорошего ожидать не приходилось, но я предчувствовала нечто новенькое и крайне нехорошее.

— Ну куда же ты? Настоящего любовного зелья попробовать не хочешь? Это тебе не фуфло от всяких престарых мошенниц. Ди самолично подкинула. Время действия от 7 до 10 дней, — осадив пса медленно стала на меня наседать Госпожа Алена дразня меня бутыльном. — Я даже выбор дам тебе — либо ты полюбишь этого пса, либо один звонок — и остаток отведенного тебе со мной времени ты проведешь настоящей сучкой дога. Зоофилка или собака — выбирай.

Ох и не легко же мне пришлось. На несколько секунд мне захотелось плюнуть на все и выбрать второй вариант. Ну, правда, чем он плох? Собакой жизнь будет намного спокойнее. Такая собачница как Алена не станет измываться на питомцем, так как измывается сейчас над чернокожей Лолой, а ложиться под кобеля похоже придется в обоих случаях. Ни тебе уборки, ни работы по дому, ни жутких унижений... На первый взгляд все выглядело совсем неплохо, но если немного призадуматься все открывалось не в столь радужном цвете. Например мне неизвестно было насколько Госпожи меня поделили между собой, а силу влияния тела на разум я знала не понаслышке. Уже сейчас я видела непоправимую пропасть между я-настоящей и я-прошлым... А что со мной станется после месяцочка-двух в собачьей шкурки? Не говоря уже о том, чем обычно заканчиваются случки между кабелем и сучкой...

— Я готова даже пойти на уступки. Прими зелье и я отстану от тебя до тех пор пока Ричард будет жить с нами, но тебе придется за ним приглядывать, кормить и выгуливать. А я тем временем смогу сконцентрироваться на возвращении своей работы в школе.

Растерянная и измотанная, я неуверенно подползла на четвереньках к ногам широко улыбающейся Алены и послушно открыла рот. Тяжелый, невыносимый выбор был наконец сделан. Но вопреки всему я хранила надежду и верила в свою волю, уверенная, что никакой «сироп от кашля» не заставит меня полюбить какою-то животину. И пусть моя экс-потаскуха Алена хоть треснет!

Госпожа приказала мне закрыть глаза и вылила содержимое пузырька мне в рот. Вкус вопреки моим ожиданием оказался настолько мерзким, что меня едва не стошнило. Нечто среднее между протухшим молоком и болотной тиной. Сдерживая рвотные позывы я еле-еле проглотила эту мерзость. Думая о любовном зелье мне всегда представлялось нечто со вкусом клубничного сиропа...

— Умничка, так бы сразу. А теперь когда услышишь хлопок закрывающейся двери можешь открыть глаза, — почти по матерински погладив меня по голове прошептала мне на ушко Алена. — Только одежду снять не забудь. Не за чем портить такое замечательное платье.

Спустя пару секунд дверь закрылась и я открыла глаза. Вид морды Ричарда с любопытством висящей прямо перед моим перепуганным лицом словно молотом ударил меня промеж глаз. Все вокруг заплыло и голова пошла кругом. Стой я на двух нога, обязательно бы упала.

Пока пес с любопытством крутился вокруг меня водя носом и принюхиваясь, не спеша я приходи в себя от ударившего в голову настоя. Приятным сюрпризом оказалось снятые с меня ограничения.

— Ну конечно, она же зоофилку из меня сделать собирается. Да и платье снять было бы сложновато, — встав на ноги пробормотала я и не спеша начала раздеваться. Не то чтобы я планировала оправдать извращенные надежды Аленочки, просто собиралась воспользоваться случаем и нормально выспаться. Это зелье было чем угодно, но никак не энергетиком, а устала я изрядно. А пес тем временем крутился вокруг меня принюхиваясь и знакомясь со своей соседкой по комнате.

Впервые за время превращения в девушку, на ночь я, постоянно отталкивая назойливого Ричарда так и норовившего засунуть свой нос куда не следует, надела пижаму и сразу почувствовала себя человеком! Барбос же, явно не знал что делать и как себя вести со странной непослушной самкой, а я не собиралась помогать ему в этом и отвечать взаимностью на его приставания. На сегодня я так насытилась «молочком», что даже его запах самца лишь самую малость возбудил меня. На сон грядущий это даже полезно будет — сны слаще.

И на что только Алена надеялась? Непонятно. Правда оно и к лучшему — давно пора бы показать ей немного человеческой гордости и стальной воли. Оставались еще некие границы которые добровольно я не нарушу, а игре которую она затеяла со мной и Ричардом мне осталась лазейка — все на добровольной основе и лезть она не будет. Начти Алена угрожать то, безусловно, я бы легла под пса, после пережитого это было бы не сложно, но выбор остался за мной и это давало шанс.

Морфей словно тяжеловес почти моментально вырубил меня, стоило мне только забраться под одеяло и коснуться подушки головой. А со всей это ерундой с зельем, я совершенно позабыла об немаленьком подарочке Фрэнки, оставленном во мне. Впрочем, затычка так уютно устроилась там, плотно обжатая податливыми краями ануса, что никакого дискомфорта более не ощущалось. И да, несмотря на измотаность, этот клуб определенно открыл для меня глаза на много нового и необычного.

Месье Фрэнки знает толк в извращения. У него с Аленой определенно было много общего.