Пиратка и Наёмница

Подагра хандрила, потягивая холодное пиво. В трактире было душно и тёмная кожа разгорячённой наёмницы поблескивала маленькими бисеринками пота. Деньги у дренейки подходили к концу, а нового источника заработка пока не предвиделось. Таараши позарез нужно было разжиться относительно приличной суммой золота, которой хватило бы на путешествие на север. Она и поверить не могла, что когда-то хотела приехать сюда, в эту удушающую тропическую жару, на побережье кошмарной Тернистой Долины, в средоточие духоты и вони, называющееся Пиратской Бухтой. Сейчас дренейка со свойственной ей непоследовательностью скучала по холодным, неприветливым берегам Северного Континента.

 — Чёртовы гоблины... — проворчала Таа и снова глотнула холодного пива, хоть так надеясь немного охладиться.

В дверях таверны послышался приглушенный шлепок, и довольно громкий мат, пусть и пыталась его Альрина сказать потише, — Чертова таверна!, — бросив полный ненависти взгляд на затертый порог, о который невольно споткнулась, зачитавшись каким-то пергаментом. Эльфийка оттолкнулась рукой от стены, если бы не успела она на неё опереться лежала бы на полу как дура. Хотя и сейчас она выглядела не с лучшей стороны. Насупив брови, она поправила распущенные рыжие пряди, и затянула ремень на белых, шелковых леггинсах и вошла в таверну. Изумрудные глазки тут же стали осматривать всё вокруг, видно кого-то выискивая. Шаг влево, шаг вправо, она пробежалась взором по второму этажу, и совершенно случайно поймала в поле зрения, ранее упущенные дренейские рога. Вскинув подбородок, она задумчиво хмыкнула, и застучав каблучками по дощатому полу, не церемонясь уселась на стул перед дренейкой, с минуту совершенно молча и без эмоций изучая её лицо. — Таараши? — спросила она, заглядывая в пергамент, а потом снова поднимая на рогатую взор.

 — Неа — буркнула темнокожая, не шевельнув и бровью. Здесь, в Бухте, никто не знал её настоящего имени. Совершенно невозмутимо дренейка допила своё пиво, шумно глотая, а потом, крякнув, утёрла губы запястьем левой руки. Правой она давно уже бесшумно вытащила из ножен короткий меч. Небрежно удерживая клинок параллельно столешнице, наёмница кивнула за спину эльфийке.

 — Я слышала, как внизу кого-то так называли, вон там прямо по лестнице. Удачи в поисках.

Альрина немного растерялась, неужели гоблины обставили её. Хотя, лицо было точно таким, расположение шрамов тоже. «Зеленые балбесы, видимо имя спутали» — решила огневласая. И с хитрым прищуром посмотрела на дренейку, — Лицо твоё? — подняв руку, представила взору дренейки затертый лист, на котором или чернилами, или углем четко вырисовывался её лик. — Мне сказали, что ты можешь выполнить определенную работу, за определенную плату, — глазки забегали по сторонам, пытаясь уловить, не глазеет ли кто-то любопытный на них, но таких не было, пожалуй к счастью.

 — Эта «определённая» плата довольно высока. — пророкотала рогатая, с отчётливым шумом подтянув тяжёлые, подкованные копыта под себя. Так легче в любой момент прыгнуть. Отточенный до бритвенной остроты короткий меч она теперь не прятала: наоборот, открыто положила на стол перед собой, придерживая за рукоять.

 — Много таких бумажек в городе? — в лоб поинтересовалась наёмница. — И кто тебе это дал? Не советую врать. — темнокожая определённо была на взводе. Подобралась, под тёмной кожей обнажённых рук — на Таараши была кожаная безрукавка — заиграли похожие на валуны мускулы. Наёмница производила впечатление, какое производит медведь, когда его не вовремя разбудят.

Эльфийка не могла не заметить настороженности рогатой, и этих скрытых знаков давления. Однако почему-то она её не боялась, скорее всего, полагаясь на свою ловкость. Но на самом деле это была просто присущая ей безрассудность. — О твоём аппетите я знаю, также как и о том, что работу ты выполняешь на ура. Что мне и нужно. А что касаемо рисунка, — пальцем которым придерживала листик, легко потерла его. — Кто ищет, тот найдет, — поспешно свернув пергамент в сверток, упрятала в сумку, шлейки которой свисали с тонкого плеча, — Так ты готова к рабочему диалогу, или предпочтешь уйти? — голову чуть в бок склонила, пальчиками с волосами играя.

 — Говори, что тебе нужно. — дренейка сделала вид, что неохотно уступает. — А я решу, готова я или не готова. — Подагра скривила губы в неприятной ухмылке.

Наёмница не стала делать лишних движений. Так и сидела неподвижно, тёмной скалой из обсидиана. Но это была обманчивая неподвижность вулкана, готового в любой момент взорваться смертью.

 — Лучше перейдем в более отстраненное место. Не хотелось бы, чтобы то, что я тебе скажу, услышал кто-то лишний, — голову повернула в сторону навесного мостика, плечом тоже в его сторону повела, подавая дренейке ориентир, и встав из-за стола, ещё раз осмотрела всех сидящих рядом, — Моя каюта первая слева, — пальчиками по столу простучав пару ноток, вновь зацокала каблучками, и пройдя по мостику скрылась за углом таверны.

Последовала за ушастой, прихватив оружие. В дверях Таараши пришлось немного пригнуться, чтобы не задеть рогами притолоку.

 — Очень надеюсь, что ты не зря тратишь моё время. — проворчала темнокожая, убирая клинок в ножны. Подагра буквально кипела глухим раздражением, которое вызывала эта рыжая пройдоха, и близок был момент, когда она перестанет относиться к выходкам ушастой снисходительно.

Отворив дверь комнаты, Альрина вошла первой, дверь оставив чуть приоткрытой. Комната её была вполне обычная, односпальная кровать, деревянный стол, судя по резьбе изготовленный Штормградскими плотниками, кресло, пара стульев и небольшое но прозрачное, без единой пылинки или грязного налета, окно, — Дверь просто захлопни, — деловитым тоном сказала дренейке, как только так вошла. — Присаживайся, — на стул указала, и ножки подобрала, принимая позу лотоса. — Готова слушать?

 — Выкладывай уже. — дренейка невозмутимо уселась на кровать, вытянув длинные мощные ноги, забросила ладони за голову и опёрлась на стену. Недовольно буркнула — кровать была узковатой.

Окинула помещение беглым взглядом, не слишком задерживаясь на деталях обстановке и вновь уставилась на рыжую. Она была интереснее комнаты.

Изогнув левую, продолговатую бровь, легонько вздохнула, расценив, сей жест темнокожей как попытку все же показать своё созидание. Но так как на кровати этой, она почти и не лежала, рыжая мысленно махнула рукой на всё это, и перешла к диалогу, — Мне нужно выследить и прикончить одну гадкую эльфийскую морду. Он чернокнижник, а зовут Сэрралион. Скрывается предположительно где-то в Сумеречном лесу, точно не скажу где, но уверена, что там. Оплата 500 золотых, плюс расходы и в случае порчи имущества или вреда здоровью — компенсация, — медленно проговаривая всё это, даже не подумала вдохнуть, и лишь дойдя до последнего слова, остановилась и грудная клетка слегка вздулась. Взглядом она уперлась в дренейку, только теперь не на её лицо, а изучая её с ног до головы, от телосложения до обмундирования.

 — Я что, так похожа на наёмную убийцу? — Таараши недоумённо моргнула, и вроде как даже слегка рассердилась. — Где, скажи на милость, такое написано — что я убиваю других за деньги? И вообще, ты даже не удосужилась представиться.

Растянувшаяся на кровати дренейка была высокой — восемь футов минимум, мускулистой и гибкой, обманчиво медлительной и расслабленной, но собранной и опасной. Полные чёрные губы по-прежнему кривились в снисходительной усмешке.

 — Я не бегаю через континент за какими-то чернокнижниками просто для того, чтобы отрезать им голову. К тому же пять сотен — маловато за убийство зловредного колдуна, это тебе  любой гашишин скажет. У меня же несколько другой профиль работы, красотка.

 — Пффф, кто сказал, что убивать его будешь ты? — сложив губки трубочкой, манерно фыркнула, а после хищно улыбнулась, белоснежный зубки выставляя на показ темнокожей. — Ты поможешь мне его выследить, и поймать, а уж прикончу я эту тварь — лично, — демонстративно грудь вперед выпятила, всем видом показывая, что она в своем боевом опыте не хуже дренейки, — В цене я думаю мы сойдемся, сколько ты хочешь за эту работу?, — пожимая плечами, ладошками в колени уперлась и корпус вперед наклонила. Теперь её грудь ещё больше выпирала через декольте на блузке.

 — Ну так и наняла бы какого-нибудь следопыта, соблазнила бы его своими прелестями и дело в шляпе. Зачем тебе я? — на дренейку, похоже, не произвели впечатления ухищрения рыжей. Хотя Подагра легко признала, что её без пяти минут нанимательница очень даже ничего. Настолько ничего, что вот-вот выпрыгнет из собственной рубашки. Впрочем, Таа всегда разделяла работу и секс. Во избежание.

 — Найти и уничтожить — это не ко мне, я тебе уже говорила. По следам я могу узнать только размер обуви их оставившего. Так что если у тебя закончились предложения, я, пожалуй, пойду. — Темнокожая воительница плавно поднялась и потянулась, выгибая сильную спину и похлопывая длиннющим толстым хвостом себя по бёдрам.

Губки Альрины скривились, и всё лицо приобрело «кисловатый» оттенок, — Меня мужчины мало интересуют. А уж тем более следопыты. Тебя мне порекомендовали как опытную наемницу, на которую можно положится. Кроме того, мне не требуется твои навыки поиска, мне требуется крепкая девушка которая сможет меня сопроводить, и в случае чего применить силу против того эльфа. Ведь если он демона-какого вызовет, я его ни рапирой ни мушкетом на раню. А в тебе я гляжу все, что мне надо есть. А найти его будет не такой уж и большой проблемой, в этом лесу, как мне объяснили не так уж и много злачных мест. Так что соглашайся, или хотя бы просвети, по какому вопросу к тебе можно обращатся? — эльфийка хотя и чувствовала, что упускает дренейку — сохраняла самообладание и невозмутимость голоса.

 — Сначала ты нанимаешь меня, чтобы кого-то выследить и убить, а потом оказывается, что тебе просто нужна охрана. — дренейка покачала рогатой башкой и сдула несколько мокрых от пота прядей со щеки.

Подагра стояла посередине комнаты во весь рост, нависая над хрупкой эльфийкой как осадная башня. Безрукавка чуть задралась, приоткрывая рельефные кубики мышц на подтянутом животе.

 — Может, уже определишься, чего именно тебе от меня нужно? — могучая дренейка растянула в улыбке полные чёрные губы, провела по нижней длинным ярко-синим языком и хитро сощурилась.

Глядя на её волевую стойку, на мускулистый животик и сильные руки, Альрина ощутила себя какой-то маленькой и слабой, против этой рогатой горы мышц, хотя и не утратившей свою женственность и красоту, в последнем она убедилась когда после демонстрации язычка дренейки, она подавилась собственной слюной, закашлявшись. Но быстро отошла, хлопая себя по грудине, — Ох... я нанимаю тебя как охрану, но как охрана ты будешь помогать мне в выслеживании и убийстве эльфа. Так тебе понятнее будет? — вздохнула глубоко, и поджала нижнюю губку, а глазки ядовито заблестели.

 — Годится. — согласилась Таараши. — Сотню сейчас авансом, остальные четыре после завершения работы.

Наёмница протянула рыжей ладонь. Ладонь была грубой, в мозолях от рукояти меча, шершавой как наждак, но подушечки длинных пальцев остались удивительно мягкими и нежными, почти бархатными.

 — И учти, торговаться бесполезно. И ты будешь слушаться меня во всём, когда дело будет касаться твоей безопасности. Никаких выкрутасов. — закончила перечислять условия «контракта» дренейка.

«А поначалу говорила мало» — пронеслось в голове у Альрины. Хотя ей было все равно, она же была как дракон на пиратском кладе, а после гибели всей команды, она получила его целиком а не четверть, как было положенно, а этого хватало, чтобы не чувствовать себя ущемленной в средствах и даже больше. Эльфийка хлопнула по темной ладони, насколько могла крепко сжав её своей, которая была напротив необычайно нежной, будто ладонь новорожденного: мягкая, влажная и нежная. — Согласна, надеюсь, ты умеешь трезво мыслить в экстремальных ситуациях, потому, что с тем эльфом их не оберешься. Сейчас, идем на корабль, там выдам тебе аванс, к слову, из обмундирования тебе ничего не надо? А то у меня завалялось куча оружия, и оно ещё долго не пригодится... — подтягивая ботфорты, спросила рыжая.

 — Чтоо? — дренейка отдёрнула ладонь, будто обожглась. — Какой ещё корабль? Мы что, собираемся куда-то плыть? — Таараши была, кажется, возмущена до глубины души.

Она даже не услышала ничего про обмундирование и прочее. Какое там, когда речь зашла о кораблях. Хуже кораблей для дренейки были разве что корабли воздушные, вроде гоблинских дирижаблей.

 — Успокойся ты, — залилась звонким хохотом эльфийка, её смех походил на звон маленьких серебряных колокольчиков, и пусть он был и резок, но от того не менее чарующим мог показатся для дренейки. Впрочем она и была его виновницей, своим выражением лица, заставив девушку взорваться от смеха, — Корабль мой, пиратский. Он останется в бухте, а мы пойдем пеше. Просто там у меня всё моё имущество, не в этой же таверне его хранить? — наконец приглушила своё смех эльфийка, хотя задорная улыбка, всё ещё оставалась на её устах. Двумя ручками волосы назад забрав, тем самым лоб свой обнажив, стала неторопливо собирать их в незатейливый хвост.

 — А, прекрасно. — Таараши тут же успокоилась. Поправив перевязь с мечом, дренейка отошла на шаг, ещё раз хмуро оглядев «нанимательницу» и кивнула своим мыслям.

 — Я только прихвачу доспехи и оружие. — с этими словами наёмница направилась к двери. Подагра умудрялась шагать широко, и в то же время весьма недвусмысленно покачивать бёдрами, и скажи кто ей об этом — дренейка бы очень удивилась, поскольку никогда специально не упражнялась в такой походке, это выходило само по себе. Вильнув хвостатым задом, рогатая исчезла в дверях и загрохотала тяжёлыми копытами вверх по лестнице. Оказавшись у себя в комнате и даже не побеспокоившись тем, чтобы как следует закрыть дверь, темнокожая торопливо разделась донага и принялась переодеваться.

Эльфийка довязала свои волосы, примерно до половины их длины (а они доходили ей до поясницы) наблюдалось подобие обычной косы, а ниже они все также были чуточку растрепаны, и в целом напоминали собой кожаный кнут. Поправив ворот рубашки, эльфийка вновь улыбнулась невольно, вспомнив покачивание бедер дренейки. Захлопнув дверь снаружи, она закрыла её на ключ, соседняя была приоткрыта, а судя потому как быстро оборвались шаги дренейки, она поняла что рогатая тут, и приоткрыв дверь, проснула свою рыжую мордашку внутрь, — Так я толком не поняла, тебе оружие нужно будет?

Подагра раздражённо вздохнула и звонко хлопнула себя хвостом по обнажённому блестящему бедру. Она стояла к рыжей проныре спиной, выпрямившись во весь свой внушительный рост, и, похоже, как раз собиралась переодеваться, сбросив старую одежду и приготовив новую, когда ворвалась эта нахальная пиратка.

Мускулистое гибкое тело дренейки блестело мелкими каплями пота — даже в комнатах было душно, а Таа плохо переносила духоту. Под тёмной, почти обсидиановой кожей бугрились мощные мускулы. Что-то в её облике было странным, чужим, но это не сразу бросалось в глаза, ведь она стояла спиной.

 — Оружие у меня своё. Доспехи тоже. — спокойно отозвалась Таараши. Легко развернулась, скрипнув тяжёлыми подкованными копытами по доскам пола и без тени смущения воззрилась на эльфийку.

Надо сказать, ожиданий рогатая не обманывала. Сложена она была на зависть — мускулистая, высокая, крепкая. Упругие груди, увенчанные крупными чёрными сосками, на первый взгляд, похоже, вообще не знали, что такое «сила тяжести». Тонкая талия плавно переходила в широкие бёдра, сильные, с рельефными мускулами ноги. А между этих ног, умудряясь выглядеть совершенно естественно, словно был там всегда, покоился — иначе не скажешь — массивный, длинный и толстый член. Даже в спокойном состоянии он казался громадным, и под стать ему были тяжёлые, крупные яички. Дренейка, похоже, ну ни капельки не смущалась этой своей «особенности», но во взгляде, который она устремила на ушастую, читался насмешливый и дерзкий интерес.

 — Закрой дверь, сквозит. Либо зайди в комнату, либо выйди.

Сказать, что Альрина была шокирована, означало не сказать ничего. Глаза рыжей, чуть не вылетели из орбит от удивления. Она, даже не совсем понимая что делает, скользнула в комнату, дверь позади себя захлопнула, и стоя спиной, цепкими пальчиками ставню тоже закрыла, чтобы никто кроме неё не увидел этого. Её губы отчаянно хлопали, как у выброшенной на берег рыбешки, ловя ими воздух она хотела что-то сказать но не могла. Ягодицы, груди, форма тела, всё говорило о том, что перед ней женщина, но самый настоящий мужской член, габариты которого вызывали сладостную дрожь в теле рыжей, она объяснить не могла. Ведь дренеем мужского пола она не могла быть точно, в отличии от мужчин её народа их как не одень, все равно — мужчина.

Параллельно, она ощущала как предательски заныло внизу живота, и тепло от лона, медленно растекалось по её телу, от пят до кончиков тонких пальцев. Сделав ещё пару шагов к дренейке, она шумно брякнулась перед ней на колени, все ещё удивленно глядя на член, и обдавая его теплым дыханием, — О-о-откуда... о-он? — наконец выдавила из себя она хоть что-то вразумительное.

 — Знаешь, мы не настолько хорошо знакомы, чтобы я тебе о таком рассказывала. — невозмутимо заявила дренейка и отвернулась к чистой одежде, сложенной на кровати относительно аккуратной стопкой. Таким образом синдорейке оставалось таращиться только на длинные, мускулистые ноги, сильный толстый хвост, опускавшийся ниже колен, и упругие, крепкие полушария ягодиц.

 — Я, между прочим, даже не знаю твоего имени. — резонно заметила Таараши, выбрав из кучи подходящие штаны и рубаху почище. — И встань с колен, пол грязный. — в том же не прошибаемо спокойном ключе заметила рогатая, по-прежнему не поворачиваясь к нанимательнице лицом.

На самом деле наёмнице не так-то легко было совладать с возбуждением, но переспать с нанимательницей ещё даже до того, как она получит аванс, было не только некрасиво, но ещё и рискованно. И поэтому усилием воли она сдержала непокорную плоть и массивный фаллос оставался спокойным, дремлющим, но даже в таком состоянии он выглядел громадным. Особенно для хрупкой эльфийки.

Лишенная объекта своего внимания, эльфийка быстро пришла в себя. Две ладошки, сопровождаемые громким, тяжелым вздохов, прошлись по лицу. Но возбуждения не проходило, это можно было заметить по её блестящим похотью глазкам, и выпячивающимися сквозь ткань рубашки маленьким, аккуратным сосочкам. Казалось, они вот-вот разорвут эту тонкую ткань, и выпрыгнут вместе со всей грудью наружу, — Я... я Альрина, — мотнув головой по сторонам, огневласка казалось, пришла в себя, увидев, что и в правду стоит на коленях, быстро встала, отряхнув их, хотя и пыль на ткани леггинсов не осела. Глядя на изогнутую спинку дренейки, мускулы на которой поигрывали в такт её движениям, а вдоль ложбинки позвоночника, сбегающие капли пота. Эльфийка вновь вспомнила про её огромный орган, — Он... такой... большой и красивый... — чувствуя себя малолетней девчонкой, с таким же мечтательным тембром проворковала, — Можно ещё раз взглянуть? — рыжая, неуверенно сделала шаг к дренейке, поджав губки взволнованно.

В голосе Подагры чувствовалось, что она улыбается. И она действительно растянула полные чёрные губы в ухмылке, понимая, что так просто от этой назойливой эльфийки она не отвяжется. И поэтому дренейка решила плыть по течению. Собрав одежду в кучу, она перекинула её на другую кровать — напротив, и уселась на этой, лицом к ушастой нахалке.

Горячий, массивный член быстро начал быстро набухать и увеличиваться, выпрямляясь, устремляясь вверх, параллельно подтянутому животу. Наёмница вздохнула и вздрогнула, ощущая этот мощный прилив крови к паху, жгучее, опаляющее возбуждение, охватившее её. Хрипло, не узнавая собственного голоса, Таараши уркнула:

 — Можешь и посмотреть и потрогать.

Альрина вновь затрепетала, глядя как увеличивается и твердеет на глазах, крепкий член дренейки. Она сама не знала, что ей сейчас делать, выбежать, сгорая от стыда, что обычно было ей не свойственно. Или жадно набросится на дренейку, отдаваясь накалу страстей. Подойдя поближе, она опустилась к ногам дренейки, её тело то и дело пробивала мелкая дрожь возбуждения, и в жилах вскипала кровь. Глаза жадно скользили по темному органу, такому большому и дико возбуждающему, под стать хозяйке. Таараши разрешила его потрогать, и Альрина не могла упустить этого шанса, нежные пальчики легко коснулись середины члена, или даже этого монстра, решила рыжая, представив его внутри себя. От этого воображаемого соития, она издала тихий стон. Дыхание её все больше учащалось, а сердечко вырывалось из груди. Наконец ладонь полностью легла на плоть твердую, а следом вторая, едва обхватив это прелестное чудо. Эльфийка медленно провела руками вверх-вниз, закрывая и оттягивая крайнюю плоть. Она чувствовала, как под пальчиками вздута каждая вена, каждый сосуд заполняемый кровью. Больше сдерживать себя она не могла, между согнутых ножек, уже виднелось приличных размеров влажное пятно, эльфийка неистово текла и, раскрыв пошире ротик, подтянулась и обхватила головку члена, ощущая как та пульсирует внутри её ротика. Обильно увлажняя её слюной, эльфийка не забывала старательно скользить язычком, на котором оставался легкий запах пота, но отнюдь не противный, а возбуждающий. Альрина не хотела выпускать это сокровище изо рта, боясь, что дренейка его отнимет, и посильнее всосавшись в головку, умело массировала её язычком.

«Отнимать» дренейка точно ничего не собиралась. Таараши не любила сдерживаться, и когда нежные горячие губы эльфийки обхватили широкую головку — на какое-то мгновение Подагре показалось, что ушастая не сможет вместить её в свой рот — наёмница запрокинула голову и громко, сладострастно застонала, срываясь на рык.

Помимо воли рогатая запустила одну властную, сильную ладонь в густую рыжую гриву своей новой любовницы, удерживая голову ушастой на месте. Горячий, массивный член ритмично пульсировал во рту Альрины, обильно истекая смазкой. Эта густая, вязкая жидкость с каждым ударом сердца капля за каплей изливалась наружу, неотвратимо заполняя маленький, нежный рот эльфийки.

Таараши довольно заурчала, не торопя синдорейку, наслаждаясь этой горячей, влажной и шелковистой теснотой, в которой оказался её член. Уже выпрямившийся во всём своём великолепии он, казалось, вот-вот вырвется из губ рыжеволосой красотки и непременно забрызгает густыми каплями смазки шею и лицо зеленоглазой.

А Альрине видимо, это всё очень нравилось. Изумрудные глазки были полу прикрыты, а пальчики дрожали от волн возбуждения, которое накатывало на её хрупкое тельце. Губки раскрывались всё шире, в стремлении ещё глубже заглотнуть, окончательно отвердевший член. Теперь, представший перед ней во всем своём великолепии, он казался её ещё лучше. Почувствовав, как её ротик заполняет густая и теплая жидкость, она с громким причмокиванием выпустила головку из губ, чтобы понять, откуда же она. И к своему удивлению, эльфийка которая раньше никогда не имела интимных связей с мужчинами, обнаружила, что эта жидкость по капелькам вытекает из крупной головки. И непонятные ассоциации, как и её диковинный вкус, сохранившийся на язычке, породил новую грань возбуждения и фантазий. Её ручки ещё плотнее, чем прежде схватились за твердую, и в тоже время бархатистую кожу фаллоса, и кончиком язычка она потянулась к головке, ловя по капелькам это солоноватую жидкость, жадно сглатывая. Её язычок порхал по головке как мотылек, она облизывала её по всей поверхности, и игриво щекотала уздечку, в итоге, кончиком она аккуратно вонзилась в уретру, и стала щекотать ту изнутри, мыча от удовольствия.

Стоны дренейки стали чаще и сочнее, с отчетливой чувственной хрипотцой, порой превращаясь в короткие сладострастные вскрики. Таараши сидела почти неподвижно, давая рыжей вертихвостке почти полную свободу действий. Наёмница оценила ту неумелую страсть и отчаянную неопытность, с которой её ублажала ушастая красотка, и без тени сомнений призналась, что для новичка Альрина была великолепна. Наградой эльфийке стало несколько особенно протяжных, пробирающих до мурашек стонов, и мурлыкающее «замечательно», сорвавшееся с полных чёрных губ, уже слегка припухших, искусанных.

Неожиданно синдорейку в буквальном смысле слова оторвали от её занятия. Сильные пальцы оттянули голову Альрин назад, запрокинули её, и Таа с игривой, нарочитой небрежностью несколько раз провела пылающе-горячим, жёстким членом по лицу ушастой. Горячая густая смазка, которая сочилась из массивного фаллоса уже не по капле, а настоящим маленьким ручейком, тут же густо измазала нежную светлую кожу зеленоглазой красавицы. Напоследок дренейка с наглой ухмылкой несильно ударила тяжёлым, огромным как дубинка членом по щекам Альрин, теперь уже вовсе обращаясь со своей нанимательницей как с какой-нибудь продажной шлюшкой. С губ мучительницы сорвался удовлетворённый вздох, но на этом игры не закончились.

Та же ладонь, которая властно оттягивала голову ушастой, неожиданно потянула её вперёд, буквально насаживая синдорейку ртом на огромный орган до упора, так чтобы мощная головка упёрлась в горло синдорейки, не давая дышать. Зубы Альрины, кажется, царапнули крайнюю плоть, но укол боли, похоже, ещё больше возбудил Таараши.

Стоны дренейки служили подсказкой для рыжей, она, наконец, осознала, что следует делать, чтобы вызвать у рогатой удовольствие. И лишь усилила давление своего прыткого разового язычка, на пульсирующую головку. Ручки ещё быстрей забегали по члену, скользя от основания, и почти до самых губ эльфийки на пути массируя пальчиками ствол. Ощутив как её голову, словно подвешенную на ниточку, оттянули назад, уже было хотела запротестовать и кинутся к члену опять, как ощутила его прикосновение к своему лицу. Чувствительная кожа, смогла подарить её новые ощущения. Теперь она чувствовала как тяжелый, твердый, но в тоже время и нежный член ласкает её личико под небрежным руководством Таараши, и как следом, её лицо покрывает эта чудесная жидкость. Она ассоциировала её с женской смазкой, но в отличии от той, эта, имела куда более возбуждающих запах и вкус.

Высунув язычек, она вульгарно облизнула свои губы и потянулась ещё чуть повыше, ловя стекающую влагу, и поспешно упрятывая за своими зубками. Дренейка относилась к ней, словно к какой-то вещи, к инструменту своего удовлетворения, которым она орудовала, как хотела. «Черт... мне это нравится!» — с ужасом поймала себя на этой мысли Альрина, но спустя пару секунд о ней и думать забыла, ведь все-таки ей нравилось, а в удовольствии она отказывать себе не могла, тем более, когда между ног уже полыхает пламя желания. Полностью расслабившись, она позволяла делать дренейке с ней все, что та пожелает, но как только ощутила, что её нижняя челюсть резко отводится вниз, а во рту вновь чувствуется эластичная и влажная головка, которая теперь уже по желанию дренейки сама растягивает её ротик насколько пожелает наёмница, попыталась застонать, но когда вместо этого вновь вышло нелепое мычание, а воздух не хотел входить в горло, которое саднило от легкой боли. Она поняла, что член вошел в неё насколько мог. С краев её губок, потекли струйки слюны, а сама рыжая была на грани оргазма, громко мыча, но к члену не прикасаясь.

Таараши не сбавляла темп. Силы воительнице было не занимать, на крепких руках вздулись валуны мышц, рельефный живот чуть напрягся, и всё тело наёмницы подалось вперёд, навстречу лицу Альрины. Сильные пальцы Таараши сцепились на затылке ушастой, преодолевая сопротивление нежной плоти. С усилием широкая головка преодолела узкое колечко мышц гортани, до болезненных пределов растянув его, и скользнула в горло рыжей красавицы.

Вот теперь жестокая рогатая мучительница действительно «использовала» любовницу. Сильными, ритмичными движениями Подагра загоняла широкий, пульсирующий член глубоко в горло синдорейки, заставляя изящную узкую шейку раздуваться. Сквозь нежную белую кожу были отчетливо видны очертания громадной головки и твёрдого, мощного ствола.

Эта бархатная теснота и невыразимая нежная облегающая эластичность горла синдорейки буквально вознесла Таараши на пик наслаждения. Массивные яички, каждое размером, наверное, с яблоко, задрожали в каких-то дюймах от лица рыжей — настолько глубоко в неё вошёл чужой фаллос.

Огромная колонна обсидиановой плоти внутри эльфийки затрепетала, набухая, и вскоре дрожь сменилась настоящим извержением. Оглушающий торжествующий рык Таараши, которую захлестнуло бурей оргазма, ударил по ушам, а по горлу синдорейки прямо в желудок хлынула настоящая река густой горячей спермы, которая казалась бесконечной и иссякла почти одновременно с воздухом в лёгких рыжей.

Боль была дикой, ведь тонкое и узенькое горлышко Альрины, никогда не принимало в себя ничего более широкого и массивного. Эльфийке казалось, что сейчас оно порвется изнутри, под напором фрикций дренейки, из её глазок, брызнули кристальные слезы, стекая по щечкам. Но постепенно боль сменялась другим чувством, или вернее желанием. Желанием принять этот член в себя как можно глубже, может даже и весь, если бы она смогла. Желанием доставить Таараши вожделенный оргазм, и ощутить, как она изливается в неё. Нежные пальчики обвили запястья дренейки, и помогали её просунуть член ещё глубже. Горло судорожно сжималось вокруг него, давая необычные ощущения, походившие отчасти на влагалище. И вдруг, она почувствовала как член резко разбух внутри, как мощным толчком, по её пищеводу стала спускаться обжигающая и густая жидкость, а сопроводивший всё это рык, заставил Альрину синхронно задрожать, от нахлынувшего на неё оргазма. По всему её телу, по каждой клеточке, пробегала сладостная дрожь, положив одну ручку на промежность, она попыталась сдержать резкий поток соков, хлынувшей на штанишки, которые теперь были абсолютно мокрые до колен. Это был один из самых сильных оргазмов в её жизни, и она просто безвольно обмякла с членом в глотке, будучи не в силах ни пошевелится, ни даже вытолкнуть его, чтобы сделать глоток воздуха.

Таараши заворчала удовлетворённо-сыто, сладко вздохнула и отстранила от себя задыхающуюся любовницу, давая той вздохнуть полной грудью — в буквальном смысле. Отголоски наслаждения, которые по-прежнему сотрясали сильное тело дренейки периодической дрожью заставили горячий, почти не утративший жёсткости член ещё несколько раз исторгнуть из себя тугие струи жемчужного семени. Перламутровая жидкость густо заляпала лицо, шею и грудь эльфийки, словно нарочно сделав это напоследок, после бурного финала.

Темнокожая воительница с блуждающей на её губах довольной, даже счастливой улыбкой, откинулась на стену, наблюдая за Альриной из-под полуприкрытых век.

Всё тело окутывала сладостная нега, и говорить не хотелось. Ей была интересна реакция «нанимательницы».

Альрина ещё несколько минут лежала на полу, приходя в себя. Наконец её глазки лениво приоткрылись, и утробно заурчав, она приподнялась, чувствуя резкий запах спермы, сладко-приторный и опьяняющий. Язычок вновь высунулся на исследование окрестностей её уст, к радости эльфийки уловив часть белого семени, и затянув его в ротик. Эльфийка тихонько замычала, удовлетворенно облизываясь. Но вспомнив тут же про дренейку, она повернула голову в её сторону, и поймав взглядом ласковую улыбку, растянула свои губки в ответной. — А ты... ммм... ничего, — дразнящимся голоском сказала. Тем временем, пальцем сперму с шейки и груди собирая и облизывая тот.

автора: