Зигзаги жизни

Зигзаги жизни.

От сумы и от тюрьмы — не зарекайтесь!

Народная мудрость.

Не судите и не судимы будете!

Святое писание.

Глава 1. Восточный взгляд на вещи.

Пройдя в огромную квартиру, Ольга отметила обилие хрусталя, ковров, и прочих причиндалов сытой жизни, и полное отсутствие её шефа, так что вся квартира, получается в её распоряжении. Она прошла в большой зал и, увидев на столе разнообразную коллекцию спиртных напитков, налила себе полный стакан мартини, при этом подумав, что если уж предстоит трах с начальником, то пускай раскошеливается по полной.

На столе лежали пульты от телевизора и видеомагнитофона, и Ольга машинально включила просмотр. На экране телевизора появилась задница парня, который самозабвенно натягивал подругу. Порнуха, как предсказуемо, подумала она, но выключать видак не стала и, расположившись в кресле, стала с удовольствием потягивать мартини, краем глаза поглядывая на экран телевизора. А там было все нормально — парень по полной, усердно полировал свою подружку во все дырочки.

Несмотря на незнакомую и довольно напряженную обстановку, незаметно сюжет увлек, будоража воображение. Её кисуля, долгое время не получая мужской ласки стала сопереживать, принялась мокнуть и пульсировать, требуя удовлетворения, пришлось ладошкой прижать и попытаться успокоить её.

В этот момент от двери раздался голос начальника:

 — Ну вот и умничка, совсем освоилась, я сейчас буду готов.

С этими словами он прошел в ванную комнату и включил душ.

Ольга от неожиданности и стыда, что её застали за такими действиями, густо покраснела и выдернула руку из трусиков, но стесняться уже было некого — её шеф скрылся за дверью ванной. «Вот облажалась» — подумала она, = «застал за самоудовлетворением, как школьницу какую-нибудь, позор, да и только!»

Пока она занималась самобичеванием, её начальник искупался и вышел из ванной в банном халате. Без всяких прелюдий он подошел к креслу и, раздвинув полы халата, вытащил свой торчащий член и, сунув его к Ольгиным губам, и приказал:

 — Соси!

Еще вчера она за такое предложение съездила бы в морду, но сейчас

Впрочем, все по порядку.

Это симпатичная молодая женщина, с темно-русыми волосами, невысокого росточка, где-то165 см, стройная, пропорционально сложенная, с третьим размером груди. Необходимо отметить, что к её росту, эти аппетитно выступающие полушария в первую очередь приковывают внимание мужчин. И только пройдя зону магнетизма, этого оружия женщины, приблизившись вплотную, видишь главную красоту этой малышки — её голубые глазищи. В них живет вся Ольга, там иногда выскакивают весёлые чертенята, чтобы что-то напроказить; или колышется море спокойствия, баюкая и умиротворяя тебя; живет там и вулкан страсти и немногие счастливчики, кому доводилось его наблюдать, в первую очередь вспоминают его. Но живет в этих глазах, ещё и штормовая буря, которая ломает мачты и безжалостно топит утлые кораблики, она надежно спрятана, где-то там, в глубине, и вызвать её ох как не просто — но возможно.

После неудачного брака она вернулась от мужа, который за последний месяц вдоволь этой бурей налюбовался, с годовалым малышом в дом к своим родителям.

Устроившись в строительную фирму программистом, начала жизнь по новой, с чистого листа. В отделе работало трое парней, и неведомыми путями прознав, что эта молоденькая сотрудница — разведенка, практически сразу и под разными предлогами предложили ей заняться сексом. Она, придерживаясь стандартных правил, отшила нахалов, но в глубине души была далеко не против такого развития событий, тем более, что уже давно не была с мужчиной.

Но, как говорится, одно дело хотеть, а другое — сделать. Ребята в отделе подобрались европейские и вполне приличные. Так что отказ от предложения переспать восприняли спокойно, но при каждом удобном случае повторяли попытки сближения, как это принято у сотрудников разного пола, одной возрастной категории и в ограниченном служебном пространстве.

Начальник фирмы, в отличие от работников, был узбек, и ограничивать себя в любовных забавах явно не собирался. Уже через неделю, вызвав к себе в кабинет, он напрямик предложил Ольге стать его любовницей и, соответственно, получать зарплату гораздо выше. Пока она от неожиданности соображала, что ему ответить, он уже предложил вечером съездить отдохнуть к нему на квартиру, а сейчас он очень занят и просит её пройти в отдел, так как у него важная деловая встреча, тем более, что секретарша, которая принесла это известие, так и торчала на пороге.

Так что никакого ответа собственно и не получилось — все решили за неё, а её мнение вроде как и не рассматривалось. Полдня Ольга продумывала слова и позы: как она ответит своему начальнику, когда об этом снова зайдет разговор, и как гордо она его отошьет, несмотря на острую нехватку денег на себя и своего малыша. Типа, мы не богатые, но зело гордые. Вот!

А вечером в отдел зашел водитель и сообщил, что машина ждет у подъезда и до встречи уже совсем мало времени — нужно выезжать. Получилось, что протестовать или что-то доказывать было некому, ну не водителю же!

И Ольга молча села в машину, про себя переживая, что складывается все как-то не так, и отношения получаются вроде не как любовные, а какие-то товарно-денежные. Вот если бы он ухаживал, дарил подарки, делал комплименты, тогда можно сказать, что все произошло по обоюдному согласию, и она вроде как уступила напору его чувств. А тут вроде и не спрашивали согласия, сообщили, предупредили и повезли. Хорошо, что машину дали, хотя, что хорошего, водитель тоже не идиот, наверняка не первую возит, все просекает, лишь бы не трепался на работе.

И вообще, а вдруг у меня месячные или зараза какая-то, и киска у меня сегодня не бритая и вроде как не готовая к сексу. Обдумывая сложившуюся ситуацию, в заключение пришла к выводу — да и фиг с ним, сам виноват, не дал нормально подготовиться, теперь пусть получает, что есть. В смысле, будет есть, что есть. Этот внезапно пришедший в голову каламбур даже приподнял настроение перед встречей.

Подъехав к престижному дому в центре, водитель, открыв дверцу авто, весьма любезно предложил пройти за ним в дом. Поднявшись на лифте, открыл дверь ключами и, распахнув дверь пошире, предложил пройти в квартиру для проведения деловых встреч. Именно такими словами и сказал, причем, как отметила Ольга, ни малейших сомнений в своих словах он не испытывал. Предложила ему зайти вместе, обратила внимание, что ему очень хочется, но пересилив себя — наотрез отказался.

... но сейчас

 — Соси!

Ольга трепыхнулась ответить что-нибудь дерзкое и независимое и уже было открыла рот, как сильная мужская рука схватила её за загривок и придавила к себе. В мгновение ока член вошел ей в рот и заполнил его целиком. Она сделала несколько сосательных движений, при этом подумав: «Блин, уже и член во рту, что тут протестовать, тем более, что и так уже решилась, просто хотелось повыпендриваться. А агрегат классный, большой и толстый, как мое запястье».

И она стала с удовольствием изголодавшейся женщины обслуживать этот член, сося и вылизывая его. В процессе отсасывания начальник засунул лапищи в ворот блузки и, обхватив груди, принялся сильно сжимать их и выкручивать соски, Ольга аж застонала от кайфа, который волной прокатился по всему телу. Так продолжалось несколько минут. В этот момент мощная струя спермы ударила ей в рот, она попыталась отстраниться, но рука на затылке не дала ей этого сделать, пришлось быстренько сглатывать непрестанно поступающий бесценный продукт.

 — Теперь пошли на тахту, — распорядился начальник. — И тряпки с себя сними.

Ольга молча прошла до тахты, которая стояла в комнате, слизывая с губ размазанную  сперму и мучительно соображая: каким образом лучше раздеться, чтобы это не выглядело как обязанность — и смекалка её не подвела.

Подойдя к тахте, она развернулась, с вызовом глядя в глаза шефа, и с вызывающей улыбкой на губах принялась расстегивать блузку, сняла её, стянув юбку, отшвырнула ее в сторону, расстегнула бюстгальтер и выставила напоказ свои впечатляющие груди с торчащими сосками. Своим видом как бы говоря всему миру — вот я какая, ладно скроенная и аппетитная. Уперев при этом кулачки в боки и задрав подбородок, с вызовом произнесла:

 — Ну и как я тебе?

А что выкать ему после его члена во рту?

Шеф, опершись одной рукой о спинку кресла, с интересом наблюдал за всем происходящим и неожиданно для самой Ольги с восхищением произнес:

 — Хороша чертовка, так и тянет разложить и с чувством и толком отодрать.

 — Так за чем же дело стало? — спросила обворожительная девушка, выскальзывая из трусиков, опустившись на тахту, откинувшись на спину и широко раздвинув свои ножки, открывая свободный доступ к своей кошечке. При этом призывно маня пальчиком шефа. Чего, как выяснилось мгновением позже, делать не следовало.

Этот буйвол налетел как вихрь и единым махом вспорол её писечку, как консервным ножом, своим огромным членом. Ольга аж задохнулась от пронзившей её боли. Хорошо еще влагалище было хорошо смазано перед таким проникновением, а то ведь разорвал бы пополам. Неожиданно, да таким размером протолкнулся, распирая отверстие по всей длине до самой матки и, воткнувшись в колечко, еще и его растянул на всю длину своего агрегата.

Видимо, она на несколько секунд отключилась от действительности. Потому что когда пришла в себя, шеф уже яростно и ритмично натягивал её, с грубой силой сдавив грудь. Вот это поршенек — пришла в голову идиотская мысль, — во весь живот входит и, кажется, и губки за собой тащит. Так продолжалось несколько упоительных минут.

А классно-то как, давно меня так не трахали, в том смысле, что вообще так, не трахали. Киска, как будто ждала этой команды, самопроизвольно стала сжиматься и пульсировать, готовясь получить свою порцию спермы и отдать взамен свой секрет. Кстати, пронеслась в затуманенном сознании мысль, а как он намерен предохраняться

В этот момент шеф зарычал, вжался всем телом в нее, насадив до упора на свой вал, так что и не пискнешь, член, похоже, до горла достал и начал накачивать в неё свою сперму, содрогаясь при каждом выбросе.

«Блин, вот вам и ответ — никак! Спустил все в меня, кабаняра хренов», — пронеслась и упорхнула мысль удовлетворенной женщины. Только когда начальник расслабленно отвалился, Ольга смогла вздохнуть полной грудью и собрать разбегающиеся мысли в конструктивное предложение.

«А классно все-таки трахнул, по всему телу аж истома пошла. Так давать и самой в кайф, я сама пару раз кончила», — подумала она.

Шеф тем временем приподнялся на локте и, поглаживая её грудь, устало произнес:

 — Теперь и пожрать не помешает, там в холодильнике холодное, на плите должно быть горячее. Я много не буду, мне настрогай казы, кусочков пять, я их с пивом съем, а себе что хочешь посмотри.

Девушка поднялась с постели и, зажимая ладошкой промежность с вытекающей спермой, направилась в ванную комнату, уже в спину услышав оброненную с затаенной гордостью реплику:

 — Да можешь не подмываться, я же знаю, кто в тебя кончил.

 — Ага, ходить, чтобы из меня текло, как из ведра. Спустил в меня литр, теперь будет весь вечер течь. Я уж лучше помоюсь, — устало возмутилась Ольга.

Шеф с довольной улыбкой откинулся на подушки и прикрыв глаза, сделал вид, что ему глубоко наплевать и он решил вздремнуть.

Помывшись в душе, она хотела пройти одеться, но шеф как будто ждал этого, произнес:

 — Ходи так, здесь всегда тепло, а мне ты так больше нравишься.

«Блин, вот же любитель женского тела нашелся, ходи теперь перед ним голышом, сиськами сверкай, а он будет на тахте возлежать и созерцать», — подумала Ольга и, в отместку высунув язык, показала его дремлющему начальнику. Его лицо расплылось в довольной улыбке. Вот зараза, он еще и подглядывает!

Сервировав на скорую руку столик и притащив чешского пива из холодильника для шефа, Ольга решила немного поёрничать:

 — Дастархан готов, мой повелитель, прошу к столу.

Шеф не торопясь поднялся и, небрежно запахнув халат, прошел к накрытому столу. Остановился перед ним, оглядел и напряженным голосом предложил подвинуть лепешки поближе с дальнего конца стола.

Ольга, ни чуя ни какого подвоха, наклонилась, потянувшись за лепешками, оперлась о столик одной рукой и в этот миг почувствовала как его жесткий член вбивается в нее, размазывая по сторонам половые губки. Его руки оказались на её бедрах, натягивая её на себя. Не в силах противится такому напору, она опустилась грудью на столик и оттопырила попку для лучшего проникновения.

А шеф, на полусогнутых ногах, с развевающимся халатом, долбил как заведенный послушную сучку в предоставленную дырочку. Молодая женщина поплыла и уже, похоже, не контролировала свои действия, она упоенно подмахивала своему кобелю, взявшему её неожиданно и сильно. Что-то выкрикивала и хрипела. Посуда со столика слетала на пол, но никто не обращал на это внимания.

Наконец он последний раз присел над вздернутой попкой, поелозил по ней животом, кончая, и с громким — Уф! — отвалившись назад, сел опершись спиной о кресло. Девушка так и осталась лежать животом на столе, с расставленными в стороны ногами и внушительной дырой между ними, из которой струйкой вытекала сперма.

 — Ты себе не представляешь, какой отсюда классный вид, — произнес он, с паузами, шумно переводя дыхание.

 — Ну почему же, представляю, — раздался её слабый голос, — там небось дырка величиной с кулак.

 — Нет, точно под мой член, размер в размер.

 — Вот я и говорю, разворотил всю, — сказала Ольга, поднимаясь на руках и сползая со стола на коленки.

 — Тебе что, не понравилось? — с обидой в голосе спросил начальник.

 — Да понравилось, понравилось, — успокоила амбиции шефа любовница. — Только теперь стол по новой сервировать придется и вся эта вкуснятина, что на полу оказалась, пойдет в мусорное ведро.

Начальник несколько секунд молчал, вытаращив на неё свои глазищи и вдруг взорвался:

 — Йе, анански, да хрен с этой жрачкой, в ресторан сейчас поедем, я тебя лучшими блюдами кормить-поить буду, ты узнаешь какая такая вкуснятина, ты пальчики оближешь, скажешь, никогда так не ела! — от волнения он стал коверкать слова, как человек плохо говорящий по-русски, при этом размахивая руками, как торгаши на базаре.

Кем собственно он и является, подумала, но мудро промолчала Ольга.

 — Ты не кипятись, пожалуйста, сейчас я искупаюсь и быстренько что-нибудь приготовлю, понимаешь, я с утра еще ничего не ела, закрутилась, ну и как то жалко

И она быстренько проскользнула в ванную. Выйдя оттуда через несколько минут, она с удивлением обнаружила, что стол в зале накрыт, а шеф сидит, насупившись, в кресле и в руке у него не банка пива, а бутылка водки. Повернувшись лицом к вошедшей женщине, он указал горлышком бутылки на стол и сдавленным голосом произнес:

 — Ты это, садись, покушай, конечно. Я же не знал.

И после паузы.

 — Если хочешь — оденься.

Замолчал, припав к горлышку, сделал три приличных глотка, схватил половинку помидора и с жадностью присосался, глотая сок.

Ольга, пряча улыбку, молча прошла к тахте, сдернула простыню и замоталась в неё наподобие тоги, затем подсела к столу и с аппетитом принялась поедать вкуснятину, которой на столе было в изобилии, запивая виноградным соком.

Минуты через три общего молчания раздался голос шефа:

 — Только ты сама виновата, ходишь, попкой крутишь, я же не железный. Да?

«Интересно эти мужики все-таки устроены, — подумала Ольга. — Ты голой здесь ходи, я на тебя смотреть буду. А потом — не смог на тебя голую смотреть — пришлось трахнуть, но это ты виновата, что у меня встал».

Тряхнув головой с распущенными по плечам волосами, она положила кусочек колбаски обратно в тарелку и, обойдя стол, опустилась на колени перед его креслом. Хитро поглядывая вверх, в глаза своего любовника, со шкодной улыбкой на губах, распахнула ему низ халата и, ухватив в ладошки мужское достоинство, припала к нему, нежно вылизывая еще мокрую головку и теребя её кончиком языка. Сверху шумно задышали, а член в ладошке стал увеличиваться с каждым ударом сердца. Через минуту этот кол стал деревянный и торчал, как ракета перед запуском.

Об стол грохнула бутылка. Его руки протиснулись ей подмышки, обхватывая ключицы и ребра и придавливая основания грудей. Наклонившись вперед, шеф одним рывком встал, оторвал ее от пола и, глядя полными похоти глазами, быстрым шагом пронес её на руках до тахты.

С разгона бросив её на спину, он сорвал с себя халат, одним рывком, в стороны, распахнул на ней простынь и навалился сверху, раздвигая ей ноги. Мощный член с размаху атаковал её лоно, размазывая вокруг себя ее губки, одним движением натягивая подружку до конца, до упора.

Ольга вскрикнула, отдаваясь этому безудержному давлению, для лучшего проникновения подняла вверх согнутые в коленях ноги и с удовольствием принялась участвовать в этой сумасшедшей пляске любви. Как её жрица и главное действующее лицо. Руками она прижимала тело любовника сверху, а ногами, обхватив его талию, снизу. Тело выгибалось, извиваясь, как пышущая жаром змея, и лишь низ живота, прочно надетый на пробуривший его вал, повторял движения партнера, подаваясь навстречу, не в силах покинуть соединяющую их ось. При встречном соприкосновении его лобок размазывал клитор в лепешку, посылая импульс возбуждения во все тело, и оно отвечало бурно и страстно.

Скользящий в ней поршень передавал свой жар в низ тела, придавленные любовником груди с елозящими по нему сосками, наверх. Тело охватил огонь, и оно ответило, с силой изголодавшейся женщины, бурно кончая и заливая промежности слившихся тел выплесками своего сока.

Женщина, дрожа и судорожно подергиваясь в такт выплесков, временами отключаясь от действительности, поплыла на волне удовольствия. Мужчина, с силой обхватив бьющуюся под ним любовницу и вогнав свой штырь до самого конца, закачивал в её глубины продукт своей страсти, который зарождался в глубинах яичек, создавая неимоверное давление, горячим потоком лавы бежал по каналу и, наконец, выплескивался на раковину жизни, в этот момент раскрытую и жаждущую этих потоков.

И оба партнера достигнув одновременно пика наслаждения, стали медленно возвращаться в реальность, которая дана нам в ощущениях. Не удержавшись на ослабевших руках, шеф завалился на Ольгу, придавив её всем телом. С закинутыми на его спину руками и ногами, да и ещё и насаженная снизу на его член, она не могла пошевелиться и начала задыхаться.

Раскинув руки и опустив ноги, она уперлась в тахту и попыталась выбраться из-под придавившего её тела, но смогла лишь сдвинуться в сторону и освободить грудь, чтобы свободно вздохнуть. Приободрившись и собравшись с силами, она оттолкнулась сильнее и вытянула свой таз.

С мокрым чавком из её переполненного влагалища выскочил виновник этой закачки и плюхнулся на постель, хитро поглядывая глазком, из которого продолжала струиться семенная жидкость. Как только была вытащена затычка, из её растянутого туннеля хлынул поток закаченной туда спермы, создавая лужицу между ног.

Приподнявшись на руках, Ольга наклонилась вперед, разглядывая последствия варварского нападения. Осмотр поля битвы привел её в полное недоумение — киска представляла собой развороченное жерло вулкана, из которого потоком струилась жидкость, а малые половые губки, бордового цвета, распухли до толщины её пальцев и, обрамляя воронку, не собирались принимать свою обычную форму.

«Ну ни фига себе, трахнули, — подумала молодая женщина, — это уж скорее выебали по черному и всю пизду разворотили. А как еще назвать то, что сейчас между ног?»

В этот момент шеф перевернулся набок, открыл глаза и с непередаваемой интонацией полностью удовлетворенного и восхищенного мужчины выдохнул:

 — Вот это класс! Я уже давно так не заводился, словно скинул лет десять. Тебе понравилось?

 — Конечно, понравилось, ты был как дикий жеребец. Тебя ничто не могло остановить, — ответила мудрая женщина изнутриподкорки мозга. Вместо рвущихся наружу упреков: «Аккуратней не мог, кобелина голодный, как я теперь домой пойду?»

Полностью размягший шеф сполз с её ноги и, откинувшись на подушки, с ленью в голосе мечтательно произнес:

 — Сейчас отдохну немного и продолжим с тобой.

«Так стоп, мне только продолжения не хватало, — пронеслась мысль в голове уже полностью удовлетворенной женщины, — мне домой надо!»

 — А сколько сейчас времени? — произнесла безразличным голосом вслух.

Шеф вяло поднес кисть руки к лицу. И тут произошло, пожалуй, самое интересное за весь вечер, его глаза округлились, он постучал пальцем по циферблату и вдруг вскочил, как будто подкинутый пружиной.

 — Джаляп, самолет уже прилетел, а я здесь лежу! — с ужасом простонал он.

 — Давай, быстро-быстро собирайся, время совсем йок! — панические нотки в голосе в сочетании с моментально изменившемся поведением шефа подхлестнули и Ольгу.

Одевание проходило в молчаливой спешке, и уже минут через пять парочка выскочила на улицу к поджидавшей их служебной машине. Перед самой дверцей шеф притормозил, повернулся к ней и сказал:

 — Ты извини, но сегодня я подвезти тебя до дома никак не смогу, аэропорт ехать надо, компаньон встречать, мужской разговор делать, — виновато произнес он, от волнения опятьковеркая слова. Затем залез во внутренний карман, достал портмоне и судорожным жестом выхватил оттуда бумажку. Смяв её в кулаке, торопливо протянул любовнице и прибавил:

 — Сама поезжай, хоп.

Развернувшись, пулей влетел в дверцу автомобиля и уже изнутри заорал:

 — Гони в аэропорт, менты похуй!

Машина, взревев движком, с визгом покрышек в мгновение ока исчезла за поворотом.

Только теперь Ольга поднесла сунутую ей купюру к глазам, чтобы рассмотреть номинал её грехопадения. С банкноты, мудро улыбаясь, смотрел господин Франклин.

 — А чё, сто баков, считай ползарплаты одной бумажкой! — весело прикинула молодая женщина.

И, сунув банкноту в сумочку, она, задрав носик, гордо зашагала в сторону метро.

Глава 2. Восточное гостеприимство

На следующий день весь офис с утра стоял на ушах, поступило распоряжение поднять документацию за год и авральными темпами привести в порядок. Никто толком ничего не знал, в курилках выдвигались различные версии: от налоговой проверки до слияния с другой фирмой, от антимонопольного комитета до закрытия фирмы.

Те же, кто знал истинную подоплеку событий — не спешили успокоить встревоженный коллектив. Больше всех доставалось бухгалтерскому отделу, они носились по этажам, все в мыле, и даже в курилках не появлялись.

Досталось и отделу, где работала Ольга — заскочил коммерческий директор и, не увидев, на его взгляд, должного рвения, разорался как ишак, грозя всеми карами, вплоть до увольнения. Ребята в отделе пытались объяснить, что работают как проклятые, только что компьютеры не дымятся, но это было бесполезно — он был невменяем и слушать ни чего не желал.

Тогда все дружно повскакивали со своих мест и стали носиться от шкафов к столам и тумбам, выдвигая и задвигая ящики, где хранилась документация на бумажных носителях. И только увидев это поистине броуновское движение удовлетворенный ком. дир. выскочил из отдела.

Мгновенно все остановились и перевели дух. Сергей, с ненавистью поглядев на закрытую дверь, с чувством выдохнул:

 — Вот урод, сам только на калькуляторе считать умеет, а программерами ещё командует. Ну вот что он понимать может, баран с ушами?

И, выщелкнув из пачки сигарету, закурил прямо в отделе. Что вообще-то было строжайше запрещено.

 — И часто у вас такой бедлам происходит? — поинтересовалась Ольга, вопросительно глядя

на стоящих посреди комнаты ребят.

 — На моей памяти ни разу, — тут же ответил Сергей. — Ты у Вовки спроси, он здесь третий год ишачит.

Володя, покачав головой, как то неуверенно произнес:

 — Ну было что-то подобное пару раз. Перед налоговой и приездом учредителя. Но там такой гонки не было, спокойно недели за две все привели в порядок и горячки не пороли. А сегодня... — он замолчал и пошел за свой стол.

Одним словом, вся эта беготня продолжалась и после обеда. И вдруг поступила команда: всем сидеть по своим отделам и в коридоры носа не высовывать.

Во всем офисе наступила полная тишина.

И в Ольгином отделе наконец-то воцарилась спокойная рабочая обстановка, все как то незаметно погрузились в работу и уже не прислушивались, что там происходит в здании.

Неожиданно дверь распахнулась, и на пороге нарисовался шеф собственной персоной, который пропускал вперед невысокого толстячка в переливающемся перламутром костюме. «Блестящий колобок» — тут же окрестила его про себя Ольга.

А начальник тем временем, увиваясь вокруг этого «колобка», разве что под локоток его не поддерживал, с подобострастием на лице говорил:

 — Один из самых прибыльных отделов, рассчитывает схемы взаимодействия с партнерами, учитывая балансовые стоимости проектов и себестоимости затрачиваемых материалов. А это наш новый и очень перспективный сотрудник Ольга

Было видно, как он мучительно пытается вспомнить её фамилию и не может. Она решила прийти ему на помощь, ну не чужой ведь, встала, поздоровалась и представилась полностью, отметив про себя какой-то оценивающий взгляд «колобка».

Тем временем их начальник заливался соловьем о каких-то проектах с турками, каких-то совместных строительствах, а «колобок» не отрываясь, смотрел на Ольгу, наглым взглядом раздевая её донага.

Молодая женщина встречала этот взгляд, гордо приподняв подбородок, с чертями в глазах и хитрющей улыбкой на губах. Их взгляды, сталкиваясь в пространстве как шпаги, казалось, высекают искры друг из друга. Атмосфера в отделе заметно наэлектризовалась, и даже начальник смолк на полуслове, прервав поток ссуд, процентов и сроков.

Еще неизвестно, чьей победой закончилась бы эта дуэль, но в какой-то момент «колобок» резко развернулся на каблуках и, не сказав ни слова, вышел за дверь. Начальник, спохватившись, устремился следом, не забыв прикрыть за собой дверь.

В отделе наступила гробовая тишина. И лишь по прошествии пяти глубоких вздохов раздался голос Сергея:

 — Что это было?

Следующим в полном обалдении вопросил Володя:

 — Какие схемы мы рассчитываем? Какой баланс учитываем? Чью себестоимость считаем?

Последним высказался Саша:

 — А они вообще куда зашли?

Единственный человек, который понял цель данного визита — благоразумно молчал.

Окончательно резюмировал визит быстрее всех соображающий Серега:

 — Дурдом! У шефа крыша потекла. А видали, как он возле этого толстяка крутился, разве что не облизывал его.

 — Угу, видали, только это и есть наш учредитель из Москвы, я его в позапрошлом году видел, когда стадион сдавали, — веско произнес Володя.

 — А, ну тогда все понятно, — заключил Сергей.

Хотя ни черта не было понятно, что им нужно было в отделе.

И все дружно переключились на обсуждение «колобка», целей его приезда, возможных плюсах и минусах его пребывания и вероятного финансирования «горячих» проектов.

Ольга же, как человек прямо затронутый данным визитом, углубилась в свои мысли, изредка отвечая на прямо ей адресованные вопросы, но фактически не участвуя в беседе, прикидывая, чем лично ей грозит посещение высокого руководства.

Ответ поступил через несколько минут, её по телефону вызвала секретарша шефа и голосом, который даже через телефонную трубку сочился ядом, предложила пройти к генеральному в кабинет.

 — Ну и пусть, — про себя решила Ольга — лучше сразу прыгнуть в воду, чем терзаться «быть или не быть — вот в чем вопрос».

И встряхнув гривой, пешком направилась на административный этаж.

Войдя в приемную, кивнула секретарше и, взглядом указав на дверь, спросила:

 — Свободен?

 — Просил сразу провести и ни с кем не соединять.

В глазах же у неё стоял огроменный знак вопроса,

 — Ага, счас я тебе все и доложила — подумала Ольга.

Набрав в грудь воздух, она рывком распахнула дверь и вошла вовнутрь.

Пройдя по мягкому ковру до стола, остановилась и, не зная как себя держать, решила выждать до прояснения обстановки. Шеф поднялся со своего кресла, прошел навстречу и, галантно отодвинув боковое кресло возле чайника, пиал, открытой коробки конфет, предложил присесть. Задав традиционные вопросы насчет чая, кофе и получив отрицательные ответы, присел на соседнее.

 — Между нами есть определенная договоренность — туманно начал он.

Ольга промолчала и, глядя прямо ему в глаза, подумала «Договоренности собственно нет никакой, это ты так решил, а меня поставил в известность, ну и что дальше».

Помолчав и не дождавшись ответа, он продолжил:

 — К нам приехал очень уважаемый человек.

Ольге, которой стало все предельно ясно: и конфеты, и визит начальства в отдел и воркующий начальник — захотелось продлить этот спектакль для одного зрителя. Она решила помолчать.

 — Ты ему очень понравилась.

 — А причем здесь он? — придав мордашке удивленное выражение, подпустила шпильку чертовка.

 — Эта, знаешь, я как-то сразу забыл сказать, — явно взволновался шеф, — но он тоже.

 — Что тоже?

 — В договоренность входит тоже.

 — Ты хочешь, что бы я и ему дала, — не скрывая иронии, спросила Ольга.

 — Да, да, только чтобы по-настоящему, как в видиках, — обрадовался он.

 — А по-игрушечному и не бывает, — со вздохом произнесла женщина и, уже вставая, добавила: — Мне сейчас нужно домой и чтобы машина туда и обратно меня отвезла.

 — Все будет, как надо будет, машину дам, шофера дам, — приплясывая вокруг неё, суетился шеф. — Только это, вся ночь, там надо.

 — Ладно, ночь так ночь, только... — она запнулась, не в силах переступить честь и порядочность, которая была привита с детства, и просто так на рыночные отношения перескакивать не желала. Но шеф сориентировался мгновенно:

 — Джанум, обижаешь, вопросов не будет, деньги всегда будут.

Выйдя из кабинета и нацепив озабоченную маску (а зачем нам лишние разговоры), заскочила в отдел забрать сумочку и предупредила ребят:

 — Там шефу с моего старого места работы кое-какие данные нужны, так что я поехала клянчить.

Вот и отмазка разъездов на служебной машине и её отсутствии в офисе, где все ещё на головах стоят, отчеты переписывая.

Дома Ольга привела себя в полную боевую готовность (хрен его знает, что за запросы у этого «колобка») и, предупредив, что уезжает на всю ночь, села в поданную машину и отправилась на рандеву.

«Колобок» оказался не один в квартире, вместе с ним находился и шеф.

Встретили они Ольгу как-то вяло, предложили выпить и закусить, чем она и занялась, а сами продолжали обсуждать какой-то турецкий проект, который должен скоро выстрелить.

Наконец, дела подошли к концу и «колобок» переключил внимание на молодую женщину.

 — Иди ко мне на колени, — предложил он.

Ольга опустилась ему на колени. Он был такой весь пухленький и пах каким-то шикарным парфюмом. Бесцеремонно раздвинув её ноги, он запустил свою руку в промежность, сдвинул перемычку трусиков и, ухватившись за губки, принялся их сминать и вытягивать.

 — Что, любишь трахаться, подстилка ебучая? — каким-то металлическим голосом протянул он.

В этот момент шеф встал с кресла и со словами: «Ну вы отдыхайте тут, а мне еще с документами поработать нужно» вышел в дверь соседней комнаты.

 — Мы тоже переберемся в другую комнату и устроимся комфортней, — снова нормальным голосом произнес «колобок». — Пошли.

Ольга встала и он, схватив её за запястье, поволок за собой. Слева от зала находилась, оказывается, большая спальня с сексодромом в центре.

«Колобок» принялся срывать с себя одежду, а когда закончил, переключился на девичью, причем он даже не пытался расстегнуть или развязать, он просто клочками срывал её с тела и расшвыривал по комнате. Несколько раз довольно сильно оцарапав кожу при этом.

Любую попытку снять что-либо аккуратно он пресекал в корне, вырывая и разрывая каждую тряпочку и даже у лифчика оторвав одну из лямок. На протяжении всего экзотического раздевания, он беспрестанно матерился и крыл последними словами молодую женщину.

«Да это он так заводится!» — сообразила Ольга и тоже перешла на возбуждающий партнера мат, назвал пару раз интимные места на доступном ему языке. «Колобок» аж взвыл от восторга, опрокинув её на спину, беспрестанно лапая все тело, воткнул свой член ей во влагалище и принялся, елозя на ней, продолжать жутко матерится.

Первые минут десять девушка честно подыгрывала партнеру и телом и языком, поддерживая такую игру, следующие десять уже вроде как по обязанности, но в голове крутилась только одна мысль «Когда же он кончит, уже достало».

Наконец «колобок» принялся гораздо активней двигать задницей и через долгую минуту окончательно затих. Приподнялся на руках и, сфокусировав взгляд на Ольгином лице, произнес:

 — Я в ванную, лежи здесь, я скоро приду, мы с тобой продолжим.

 — Хорошо, — ответила она, про себя подумав «Ёшкин кот, я второй раз такой тягомотины не выдержу, точно отсюда сбегу. Только вот с одеждой как быть, ведь порвал в лоскуты все. Может он для того и одежду рвет, что бы бедным девушкам деваться было некуда».

Пока она размышляла в этом ключе, «колобок» благополучно укатился, а в дверь влетел «Серый волк», тьфу ты — шеф, но глазищи у него сверкали почище, чем у волчары.

Ольга испуганно поджала ноги, хрен его знает, что у этого бешенного на уме.

Шеф в два огромных прыжка пересек разделяющее их расстояние, схватил её за ногу и, переворачивая, стащил ноги с постели, грудью оставив на кровати и придавив спину своей лапищей. Девушка только раз и успела взвизгнуть, как огромный член вспорол её кошечку по всей длине.

И весь мир для неё взорвался огромным радужным фейерверком.

Проблесками в её мозгу отпечатывались фрагменты этой бешенной скачки, этот рык наездника, неутомимо пришпоривающего под гору несущуюся лошадь, этот свист ветра в ушах, и закушенные удила, удары жезла кидающие только вперед, через любые преграды. И наконец, удар финишной ленточки в грудь, когда тело поёт, а душа устремляется ввысь к звездам. И космос вокруг и звезды, протяни руку — погладь.

Очнулась она в той же позе, с одеялом зажатым в стиснутых зубах и сжатых кулаках, с оттопыренной задницей и болью в коленках, с ручейком бегущим по внутренней стороне бедра и лужицей между ног. Пытаясь подняться, она попробовала упереться руками, но они дрожали и не держали тела, с ногами такая же фигня.

Сползла с кровати и прислонилась боком к ней, испытывая сладкую истому и отрешенность. И тут к ней стали возвращаться те самые фрагменты последних событий, кусками и вразнобой. Перебирая их и так и эдак, она пришла к выводу, что отодрали её по высшему разряду, как и в фантазиях не получится.

И еще вспомнились, сказанные с ужасом в голосе, последние перед уходом, слова шефа:

 — Ты только Демьянычу не проболтайся!

 — А вот это мы на твое поведение посмотрим, — подумала Ольга и, собравшись с силами, поднялась и присела на кровать.

В этот момент дверь открылась, и в спальню вялой походкой вошел сам Демьяныч, закрученный ниже пояса банным полотенцем. Пройдя до кровати, он присел рядом и произнес глядя в сторону:

 — Последнее время перелеты так плохо переношу, все тело превращается в кисель.

Ольга, мгновенно сообразив в чем дело, интуитивно ответила:

 — Ничего себе, в кисель, а только что драл меня, как и молодому не снилось. До сих пор на ноги встать не могу, не держат.

Демьяныч повернув голову в её сторону и, окинув вмиг потеплевшим взглядом, с улыбкой произн