Жестокая маленькая госпожа. Часть 1

Камилле оставался год до пенсии. В последний предпенсионный отпуск она поехала отдыхать на Чёрное море. Женщина была одинока, малообщительна и ездила обычно одна. Здесь, на лазурном черноморском берегу и начались её приключения, перевернувшие впоследствии всю её жизнь. Она познакомилась с Софи!

Впрочем, познакомилась — громко сказано. Просто, сняла у неё в доме небольшую уютную комнату. Но Софи сразу же ей понравилась. И фамилия была у неё соответствующая: Нежная

 — Какая ты славная девочка! — восторженно призналась Камилла, едва переступив порог дома.

 — Ты тоже ничего, — многозначительно ответила комплиментом на комплимент молодая хозяйка. С виду ей было чуть больше двадцати.

Софи Нежная была высока, стройна и красива. Была она в очень коротеньком ситцевом халатике. Пока она показывала постоялице её комнату, несколько раз чуть-чуть нагибалась, а то и вставала на цыпочки. Камилла увидела её полненькие аккуратные ягодицы — хозяйка была без трусиков.

Пока Камилла переодевалась в своей комнате, Софи не уходила и, не отрываясь, смотрела на неё. Женщина застеснялась, потому что ей нужно было надеть купальник. Она решила сходить на пляж.

 — Продолжай! — повелительным тоном потребовала Софи.

 — Камилла покорно сняла с больших крутых бёдер зрелой женщины свои девчоночьи стринги и лифчик седьмого размера — бюст у неё был роскошный и соблазнительный.

 — Хочу у тебя... — не в силах уже сдерживаться, враз пересохшими от желания губами, прошептала молоденькая хозяйка и приблизилась к женщине вплотную. — Ты не против, милая, если я их поцелую?

 — Ты хочешь? — удивлённо и в то же время обрадовано спросила Камилла.

 — Да, очень хочу, — прошептала Софи и припала горячими влажными губками к огромным, расплывшимся чуть ли не на полгруди, коричневым пятнам сосков женщины. Принялась их страстно целовать, обсасывать губами и увлажнять юрким, как молодая ящерка, язычком.

Камилла сладостно застонала и сделала шаг к постели. В ту же минуту они обе упали на неё: обнажённая женщина спиной, одетая в халатик девушка — сверху.

 — Сними халат, ляж и раздвинь ножки! — неожиданно попросила Камилла, изнемогавшая от девичьих ласк. Ей вдруг страшно захотелось и самой поласкать молодую девушку. Там

 — Как скажешь, миленькая, — простонала в ответ Софи. По быстрому сбосила халатик, оставшись без ничего. Легла и раздвинула свои длинные, стройные, точёные ножки, которые росли, казалось — «от ушей».

Глазам пожилой женщины предстал прекрасный бутон её молодого, источавшего божественный аромат, чуть увлажнённого любовной росой «цветка».

 — Для тебя, родненькая. Полижи меня, — попросила Софи.

Камилла тут же принялась неистово лизать розовый бутон молодой хозяйки, приговаривая при этом, как бы комментируя свои действия, от чего всё больше и больше пьянела:

 — Я дотрагиваюсь своим язычком до твоей сладкой, красивой киски. Вылизываю ласково клитор. Ты чувствуешь это, миленькая? Тебе хорошо со мной?

 — Да-а-а-а, не останавливайся... я хочу большего, лижи мою киску, лижи и лижи... — стонала в ответ и извивалась на белоснежных крахмальных простынях девушка. — И ты тоже одновременно ласкай себя пальчиками, не останавливайся, милая! А потом я вылижу твою кисулю. Она у тебя такая большая, вся влажная и горячая... Я вся дрожу.

Камилла продолжала учащённо работать своим крупным широким языком и выпуклыми, чувственными губами. При этом она свистящим шёпотом говорила без умолку:

 — Засовываю язычок в твою дырочку так глубоко, как только достаю. Я вылизываю у тебя всё внутри. И одновременно ласкаю свой клитор. Он уже затвердел и там всё мокро. Ты прекрасна милая! Как мне с тобой хорошо!

 — А давай я сяду на твоё личико и буду ёрзать по тебе... А ты глубже будешь лизать меня... — предложила новую позу опытная в любовных лесбийских делах хозяйка.

Камилла сейчас же согласилась и легла на спину, а Софи, как и договаривались, села ей попой на лицо.

 — Я хочу, хочу... Хочу, чтоб ты продолжала меня ласкать своим язычком! Милая, не останавливайся! Ты супер! — кричала она, ёрзая задом по лицу своей любовницы и с силой разминая пальцами свои налившиеся страстью и желанием, небольшие девичьи груди с возбуждённо вставшими маленькими пальчиками коричневых сосков.

 — Да, да, милая! Я хочу, чтобы твоя попочка была на моём лице! — изнывала от острой, нахлынувшей на неё дикой волны страсти и вожделения Камилла. — Я засуну свой язычок так глубоко, что ты обалдеешь! И буду лизать тебя, пока ты не кончишь на меня! Ты хочешь этого, родненькая?

 — Конечно! А ты всё, всё вылижешь у меня?

 — Да всё, всё до капельки! — безумствовала своим неутомимым языком пожилая партнёрша. — И другую дырочку вылижу, и ножки твои, каждый пальчик. Тебе хорошо со мной, любимая? Ты скоро кончишь? Что ещё тебе сделать, говори?

 — Лижи меня... всю... — плакала от счастья Софи, конвульсивно ёрзая влагалищем и попой по разгорячённому необычным женским совокуплением лицу своей новой подруги. — Тебе приятно меня лизать, мамочка?

 — Да, да, моя маленькая, — извиваясь, рыдала от счастья под необычной девушкой Камилла. — Я лижу твою киску, девочка моя! Я уже кончаю, и сейчас буду орать в подушку, чтобы соседи не услышали, как я кончаю от своей любимой девочки... Всё, кончаю!!!

Женщина с криками начала конвульсивно биться под Софи, комкая ногами постель, зажав рукой своё раскрытое на всю ширину влагалище.

 — И я кончаю... — поддержала крик подруги девушка, с ещё большей силой и скоростью елозя промежностью по мокрому от её выделений лицу Камиллы. — А-а-а! Я кончаю, мамочка, я кончаю в твой ротик. Вылизывай меня

 — Кончай мне в ротик, милая, я всё, всё вылижу у тебя! Я уже кончила и чуть не... извини, уссалась от... Прости, не могу говорить, язык не слушается и руки дрожат. А там, внизу... всё мокро! Неужели правда, уписалась?... Вылизываю твою кисулю, милая! Она такая сладкая и нежная... Как ты! Я просто балдею от неё.

 — Ой, как мне хорошо-о-о-о! — встав с лица женщины, потянулась удовлетворённо Софи. — Милая, я тоже хочу писать.

 — Пописай мне в ротик, родненькая! — униженно попросила Камилла. — Я хочу всё, всё выпить у тебя! Писай на меня!

 — Правда хочешь? — обрадовалась Софи.

 — Безумно, девочка моя! — заверила пожилая женщина, в которой пробудился в этот момент сладкий инстинкт рабыни.

 — Тогда пошли со мной, — строго приказала девушка.

Подружки пришли в ванную комнату. Софи велела Камилле лечь в ванну, а сама стала сверху над ней, прямо над её разгорячённым, раскрасневшимся лицом. Широко расставила ноги, пальцами рук развела в стороны верхние губы своего маленького, красивого влагалища.

 — Открывай свой ротик. Я напрягаю свой животик... И-и-и-и... писаю на тебя и в твой ротик... Писаю.

Из раскрывшейся розовой промежности Софи действительно брызнула сильная струя прозрачной желтоватой мочи, которая мгновенно заполнила рот пожилой Камиллы. Женщина, захлёбываясь, торопливо сглатывала пролившийся на неё «золотой дождь». Но его было слишком много, он выплёскивался изо рта и тёк по щекам, подбородку, шее. Когда струя немного ослабла, Камилла между глотками стала вставлять приятные слова:

 — О-о-о, как мне хорошо!... Писай, писай, я пью всё до капельки... Потом я подлижу твою писулю, и всё, всё выпью... Сладенькая моя!

 — Ах  ты моя сучка! — пришла в новое неистовое возбуждение маленькая Софи Нежная при виде столь покорной, согласной на всё, партнёрши по запретному сексу. Она, по правде сказать, от природы была доминирующей натурой и сейчас в ней воочию пробудилась тиранка.

 — Хочешь быть моей сучкой? — притворно гневно кричала она, стоя над распластанной у её ног, покорной, готовой на всё пожилой женщиной. — Будешь меня лизать каждый день и пить мои ссаки, блядь?

 — Госпожа, да, я хочу быть твоей сучкой и блядью! Я всё, всё буду у тебя подлизывать! — обрадовано вошла в новую предложенную роль униженной и оскорблённой рабыни Камилла. — А ты трахай свою сучку в попку! И даже бей меня! Хлыстом по попе! Со всей силы, чтобы я уссалась! Я твоя рабыня, госпожа! Я на коленях перед тобой, и вылизываю твои ноги!

С этими словами женщина и впрямь встала перед девушкой на колени и принялась с жадностью целовать мокрые от мочи пальцы её ног. Софи Нежная удовлетворённо хмыкнула.

 — Хорошо, сучка, так и быть, уговорила. Буду твоей госпожой... Для начала я тебя трахну игрушкой. Пошли со мной.

Девушка привела рабыню в свою спальню, где у неё был полный набор сексуальных игрушек и приспособлений. Выбрала вагинальный вибратор на тонком ремешке, который назывался «бабочка», закрепила ремешок на бёдрах. Сверху натянула небольшие трусики из латекса с прикреплённым к ним огромным страпоном, точь-в-точь копирующим вставший мужской член с яйцами. Быстро и умело смазала член специальной смазкой. Проделав всё это, грубо приказала Камилле:

 — Что застыла? Раком становись, блядь! Я начну тебя трахать в твою жопу!

 — Да, госпожа! Я становлюсь на четвереньки! — покорно и безропотно проронила пожилая женщина и опустилась перед девушкой на колени. Повернувшись спиной, нагнулась, подставляя госпоже свой огромный, белый, кое-где тронутый целлюлитом, бугристый зад. — Оттрахай меня в жопу, чтобы мне было больно! Засунь мне в пизду свой страшный член до самых яиц. Издевайся над своей сучкой, госпожа! Делай со мной всё, что хочешь!

Софи пристроилась к ней сзади, раздвинув пальцами большие мясистые ягодицы женщины, стала вводить страпон во влагалище, которое уже давно истекало любовным соком. После нескольких минут сильных и резких качков обе совокупляющиеся дико закричали: Камилла — от силиконо-гелиевого члена, Софи — от раздражавшего её «цветок» и клитор вибратора. Особенно неистовствовала пожилая женщина. Она орала как резаная и, повернув голову назад, целовала трахавшую её девушку в губы. После бурных неистовых конвульсий всего её старого, но всё ещё красивого, соблазнительного тела, Камилла во второй раз за день достигла сладостного оргазма. Машинально подмахивая попой, старалась доставить как можно большее удовольствие и своей партнёрше, как будто трахалась с настоящим мужчиной, а не с девушкой. Но Софи и без того вскоре кончила так же бурно и с такими же неистовыми криками и стонами, крепко прижимая пышную жопу женщины к своему животу. Трахала её искусственным членом, как настоящий парень, — страстно и со знанием сексуальной техники.

После второго оргазама фантазии обеих подружек разыгрались не на шутку.

 — Госпожа, засунешь кулак в мою пизду? — спросила неожиданно Камилла.

 — Да, я засуну всю руку в твою дырку, и хочу, чтоб ты кричала, что ты меня любишь! — бешено вскрикнула вдруг девушка и с силой хлопнула женщину ладонью по дряблой обвисшей щеке. — Я возьму свой хлыст и ударю тебя, а ты будешь умолять меня не бить тебя! Я хочу трахать тебя по жостоку! Один кулак я засуну в твою пизду, а другой в жопу. И ты будешь кричать, сука! Тебе нравиться так?

Камилла аж вся задрожала от таких слов подруги и умоляюще прильнула к ногам Софи.

 — Мне нравится, госпожа! Бей меня жестоко! По чему попало! По лицу, по жопе, по всему телу. И трахай свою сучку во все дырки! Я твоя рабыня, госпожа! Я буду кричать от боли, чтобы тебе было приятно!

 — А-а, так ты сама этого хочешь? — торжествующе вскричала Софи. Вскочив на ноги, быстро метнулась к своему эротическому арсеналу и взяла в руку длинный, тонкий хлыст.

 — Ложись на живот, сучка! — приказала девушка.

Женщина, боязливо и в то же время с вожделением поглядывая на страшное орудие пытки в руках маленькой госпожи, улеглась голая на диван, на живот. Напряглась всем телом, ожидая первого удара. Напружинила ягодицы. Хлыст просвистел в воздухе и с силой рубанул по белому, холёному заду пожилой женщины. На коже мгновенно образовался красный рубец, и Камилла, дико вскрикнув от острой боли, умоляюще запричитала:

 — Больно! Миленькая, хорошенькая, не бей меня больше, умоляю! Хватит, пожалей меня! Я боюсь.

Не слушая её, Софи со всей силы хлестала извивавшуюся на диване женщину хлыстом, получая сладкое эротическое удовольствие от криков, стонов и мольб своей беззащитной жертвы. Она не в силах была остановиться, чувствуя приближение очередного оргазма, и с каждым новым ударом сама содрогалась в приятных конвульсиях. Незаметно она превратила попу Камиллы в исполосованное кровавыми рубцами мясо и, чтобы побыстрее кончить, принялась жестоко обрабатывать хлыстом её нежную спину. Женщина уже не кричала, а громко выла, как умирающая волчица. Из глаз её текли потоком крупные слёзы, она умоляла девушку прекратить экзекуцию, но терпела пытку и не сопротивлялась, хотя могла спокойно вскочить на ноги и убежать от своей мучительницы. Но Камилла тоже получала острое удовольствие от порки и вот-вот должна была кончить. Когда оргазм наконец-то наступил у одной и другой, обе: и госпожа, и рабыня, — в изнеможении упали на кровать. Женщина с благодарностью поцеловала Софи в губы.

 — Спасибо, милая.

 — Полижи мне ноги, мою шпильку, — велела через некоторое время молодая хозяйка. Она сходила в коридор и вернулась, голая, — в чёрных туфельках на высокой шпильке.

Камилла, исполосованная кроваво-фиолетовыми рубцами, как зебра, со стоном сползла с дивана на пол, на животе подползла к госпоже и стала с удовольствием целовать и лизать её ноги, носки туфель и шпильки. Софи смотрела на такое унижение и покорность и снова начинала сексуально возбуждаться. Доминирующая роль ей нравилась всё больше и больше...

17 мая 2012 г.

(Продолжение следует)