Екатерина. Часть 16-18

ГЛАВА 16.

С описываемых ранее событий прошло два месяца, была уже поздняя осень, наступили холода. Рабыни были полностью обучены и служили своим Го спожам. Ольга сама лично проверяла их знания, как они научились делать маникюр, педикюр, пирсинг, массаж и многое другое. Она сама многое знала и умела, а что не знала, пользовалась пособиями и книгами, чтобы проверить знания рабынь. Если Ольге казалось, что рабыня не достаточно освоила тот или иной урок, она подвергала её жестоким наказаниям, причём делала всегда это публично, чтобы другие боялись и не повторяли ошибок.

Себе Ольга оставила трёх рабынь, а Кати отдала двух, причём все рабыни были проклеймленны Ольгиным клеймом. Екатерина спросила Ольгу:

 — Оль, а почему ты взяла себе трёх рабынь, а мне дала только двух.

 — Кать в ближайшее время я планирую завести ещё рабынь, так что, сколько тебе будет нужно, столько и заберёшь.

Прошло уже более половины месяца, а про новых рабынь Ольга даже и не заикалась.

 — Оленька, а почему ты проклеймила всех рабынь своим клеймом, — не унималась Катя.

 — Какая ра зница, чьим клеймом они проклеймленны, всё равно они служат одинаково, как мне, так и тебе.

Рабыни, которых Ольга отдала Екатерине, боялись и слушались её больше Кати. Старых рабынь направили на конюшню, из них также сделали лошадок. Девушки умоляли своих жестоких повелительниц, не делать из них лошадей, но Ольга так сильно их наказала, что они целую неделю не могли подняться на ноги и после этого были согласны на всё, лишь бы больше не получать такого наказания. Катя и то была поражена жестокостью Ольги. В последнее время Ольга всё больше проявляла агрессию по отношению к Екатерине. Сначала Катя не придавала этому особого значения, но Ольга с каждым днём вела себя всё наглее. Она могла забрать у Кати рабынь, чтобы они обслуживали её, Катерина пыталось это прекратить, но Ольга делала всегда невинное лицо и говорила:

 — Что тебе жалко рабынь, они мне сейчас нужнее, если тебе понадобятся мои рабыни, бери, пожалуйста, я ничего тебе против не скажу.

Екатерина пару раз хотела это сделать, но Ольга всегда отвечала, что рабыни пока нужны ей самой, когда они освободятся, она пришлёт их к Екатерине, но так и не разу не присылала.

Больше всего Катю раздражало, что её рабыни слушаются Ольгу больше, чем её. Отношения Ольги с Екатериной с каждым днём становились всё враждебнее, они обе понимала, что должно было, что — то случиться. Оля имела на Катю, какое-то магическое влияние. Катя, которая никогда в жизни не перед кем не преклоняла голову, иногда слушалась свою бывшую рабыню. Внутри у неё всё бунтовала, но она ничего не могла с собой поделать.

Ольга наоборот чувствовала своё влияние на Катю и постоянно вела себя с ней вызывающе. Она уже одевала понравившиеся ей вещи из Катиного гардероба, не удосуживаясь спросить об этом Катю, благо девушки носили одинаковый размер. На работе Ольга тоже установила жёсткий порядок, и все вопросы решала только сама. Чтобы не случилось, в первую очередь, об этом извещали только Ольгу.

Екатерина пыталась много раз поговорить с Ольгой на тему их отношений, но Ольга постоянно старалась избежать этих разговоров. Терпение Кати переполнил очередной случай.

Ольга утром вошла к Кате в комнату в сопровождении трёх своих рабынь. Не поздоровавшись, она сказала Кате:

 — Кать, мне очень нравиться твоя норковая шубка, которую ты привезла прошлой зимой из Италии, не подаришь её мне, она мне очень идёт.

 — Оль, у тебя есть свои четыре шубы, ты же недавно их покупала.

 — А, я хочу именно эту.

 — Мало ли, что ты хочешь, я сама эту шубу одевала несколько раз, сама знаешь, как дорого она мне обошлась, тем более что мне самой она очень нравиться. И некому дарить я её не собираюсь.

 — Мы сейчас говорим не про цену, а про шубу, я объехала почти все крупные и элитные меховые магазины Москвы, но ничего, чтобы мне понравилось, не встретила, мне очень хочется иметь эту шубу.

 — Оль, убери своих рабынь, давай поговорим.

 — Пошли вон, твари, будьте неподалёку, если понадобитесь, позову.

Ольга отдала приказ рабыням, они поспешно удалились, а она уселась в удобное кресло, Катя села напротив её и начала разговор.

 — Тебе не кажется девочка, что в последнее время ты сильно много стала на себя брать. Забыла, что была моей рабыней, и я дала тебе свободу, которую и могу забрать. Не забывай, что ты работаешь на меня и не должна так вести себя. Мне, кажется, что должна снова стать рабыней. В последнее время, я дала тебе слишком много свободы, которая пошла тебе во вред.

 — Что ты сказала? Это тебе кажется, что я работаю на тебя, но я уже давно работаю сама на себя. Ты знаешь, сколько денег у тебя на счету, и не знаешь, сколько у меня. Когда ты последний раз проверяла свой счёт, ворона. Я являюсь полновластной хозяйкой концерна, тебе понятно. Я его создавала почти с нуля, сколько было бессонных ночей, сколько я потратила нервов, ты думаешь, я тебе просто так всё уступлю, этого не будет никогда.

 — Ах, ты поганка, мерзость, ну я тебе сейчас покажу, — с эти ми словами Екатерина встала с кресла и направилась к Ольге.

Ольга, тоже встала и приготовилась к схватке. Они налетели друг на друга, и завязалась драка. Силы были практически равными, и не у одной и другой не было особого преимущества. Они катались по полу, длинными ногтями царапая друг друга, в ход шли зубы, руки, ноги, они таскали друг друга за волосы. Выбрав момент, Ольга сумела захватить Катину шею в захват, она поднялась с ней и нанесла ей удар коленкой в живот, Екатерина согнулась, пытаясь отойти от боли, этого Ольги и хватило, она нанесла ещё один сильный удар повреждённому противнику, взяла её за волосы, и вновь бросила на пол. Пока Катя лежала на полу и корчилась от боли, Ольга залезла в Катину тумбочку достала оттуда наручники. Она знала, что в тумбочке Екатерины всегда находился электрошокер и пара запасных наручников. Она надела их на руки Кати, а затем и на ноги надела ножные кандалы.

Сев в кресло и поставив ногу на Катино лицо, Ольга сказала:

 — Вот видишь, как быстро всё изменилось, ты была пять минут назад Госпожой, а теперь стала моей рабыней.

Катя пыталась, что — то сказать, но Ольга только сильнее припечатала её лицо к полу.

 — Да, ты не ослышалась. Молчи, сука и слушай мой рассказ. Как я давно мечтала об этом моменте, когда ты будешь лежать у моих ног. Извини, я немного отвлеклась, просто чувство триумфа и гордости за себя бурлит во мне. Это самый лучший лень в моей жизни, теперь всё будет по — другому, теперь я буду хозяйкой положения. Как только ты меня насильно поработила, и я стала твоей рабыней, а мне тогда ничего не оставалось, как покориться тебе, другого выхода у меня не было. Воспользовавшись моим безвыходным положением, ты отобрала у меня свободу, самое ценное, что есть у человека. Когда человек сам хочет быть рабом это одно, а когда через силу ему пытаются привить рабство, он всё равно всегда думает о свободе, хотя иногда некоторые смиряются с этим и им нравиться жить в рабстве. Я же в душе с этим не смирилась и я знала, что придёт тот момент, когда всё изменится, станет всё наоборот, и моей рабыней станешь ты. Ты ввела меня в шикарную жизнь и несмотря на то, что я была лишь твоей рабыней, для себя решила, что больше никогда не буду жить в нищете. Всё это время я внимательно изучала тебя, я знаю все твои слабые места, все твои желания и помыслы. Я притворилась, что рада тебе служить, но в душе всегда очень ненавидела тебя и хотела очутиться на твоём месте.

Когда ты доверила мне заниматься своей фирмой, я поняла, что наступил мой звёздный час, ты сама сделала самую большую ошибку в своей жизни — «пустив козла в огород», хотя, если бы не это,  я всё равно бы выбралась из рабства. Я шаг за шагом, по крупицам приближала свой триумф. На работе все слушаются лишь меня, ты, сама при всех передала мне неограниченные права. Рабынь, я специально воспитала так, чтобы слушались только меня, даже всех проклеймила своим клеймом. Все активы поступают только на мои счета.

Она убрала ногу с лица Екатерины и, наклонившись, плюнула ей в лицо. Кате удалось увернуться от плевка, и слюна упала на пол рядом с лицом. Тогда Ольга взяла ее за волосы и в упор плюнула. а

 — Что, сучка, не нравится, а как я столько лет терпела все твои прихоти, ничего теперь тебе придётся до конца жизни быть моей рабыней. Поверь мне, я свой шанс не упущу, с этой минуты твоя жизнь превратиться в ад. Ты подпишешь и передашь официально мне всё своё имущество, дом, машины, квартиры, предприятия, всё, что у тебя есть. Поняла, тварь, или нет. А, за то, что ты отклонилась от моего плевка, получишь наказание и сильно об этом пожалеешь.

 — Этого не будет никогда, не дождёшься, чтобы я на тебя всё переписала.

 — Ты думаешь, что я тебя не сломаю, даю двести процентов гарантии, что после часа проведенного в подвале, ты даже откажешься от своего имени.

 — Оль, отпусти меня, я обещаю тебе пятьдесят процентов своего предприятия и обещаю, что никогда не буду преследовать тебя.

 — Ты, пытаешься ещё мне ставить условия, мне кажется, что ты чего — то недопонимаешь, мне нужно всё, а самое главное, чтобы ты стала моей рабыней. Поверь, я не отпущу тебя никогда и никуда. Лучше смирись с этим. Не хочется сильно портить твою шкуру, но придётся, ты не оставляешь мне выбора. Через неделю все твои мысли будут только об одном, как больше мне доставить удовольствия и наслаждения. Мне надоело с тобой болтать, с этого момента мы начинаем жить по правилам придуманные тобой. Ты, будешь называть меня только Госпожа, за любую самую незначительную провинность будет следовать самое жестокое наказание.

 — Ты не можешь так поступить со мной.

 — Могу и ещё, как могу, как ты унижала меня, ставила перед собой на колени, била, таскала за волосы и так далее. Особенно плохо, ты поступала со мной, когда, я что — то для тебя делала. Несмотря на то, что я старалась выполнять все твои приказы, как можно лучше, ты, всегда была чем — то недовольна и наказывала меня. Взять хотя строительство конюшни, не смотря на то, что я сэкономила твои деньги, ты всё равно избила меня. И таких эпизодов достаточно, если всех их перечислять, на это уйдёт очень много времени. Теперь будет всё по — другому, я покажу тебе, как действует настоящая Госпожа, ты на себе ощутишь все прелести рабства. Поняла меня, скотина.

Екатерина думала, что ей сниться кошмарный стол, но она лежала связанная перед ногами своей бывшей подруги и рабыни.

 — Оля, пожалуйста, отпусти меня. Я попросила у тебя прощения, я искупила перед тобой свою вину, я дала тебе всё, что ты захотела, я старалась выполнить любое твоё желание. Я понимала, что очень виновата перед тобой, поэтому и старалась, сделать твою жизнь лучше, чтобы ты ни в чём не знала отказа.

 — Мне без разницы, что ты говоришь, ты меня не понимаешь, будем начинать тебя воспитывать, чтобы стала покорней.

Ольга хлопнула в ладоши, появились две рабыни.

 — Отведите, эту мразь в подвал, подвесьте её к потолку, я сейчас подойду.

Рабыни взяли Катю с двух сторон, и повели в подвал.

 — Барби, помоги мне одеться.

 — Слушаюсь Ваше Величество.

Всем рабыням Ольга приказала звать себя именно так. Барби была её любимая рабыня, но, несмотря на это ей больше всех доставалось. Ольга не давала спуска никому и рабыни очень её боялись. Барби всегда старалась угодить своей Хозяйке, и это ей самой очень нравилось, служить такой шикарной, властной девушке, как Ольга.

Она помогла Госпоже одеться. Ольга была одета в шикарный, черный костюм из латекса, который очень подчёркивал её красивую фигуру. Сапоги, также из латекса, на высоком каблуке, выше колен, хорошо дополняли костюм Госпожи. Взяв за поводки рабынь, Ольга спустилась с ними в подвал. Как только новые рабыни начали обслуживать Катерину и Ольгу, Ольга велела, чтобы они всегда на ошейниках носили поводки, а чтобы они не торчали и не волочились по полу, рабыни заправляли их в ошейник. Катя висела на цепях, она была совсем голая, рабыни по приказу Ольги, как только спустились в подвал и подвесили Екатерину, содрали с неё всю одежду.

 — Ну, что займёмся твоим воспитанием. Сколько раз мне снилось, как ты висишь голая, беспомощная на цепях передо мной.

 — Ольга, зачем ты так поступаешь со мной, зачем ты велела рабыням раздеть меня, зачем ты меня так сильно унижаешь.

Лицо Кати обжёг удар пощечины.

 — Я, для тебя больше не Ольга, а Госпожа или Хозяйка, а вообще — то называй меня, как все рабыни — Ваше Величество. Забудь про свою гордость, ты теперь такая же рабыня, как и все и ничем от них не отличаешься. Барби подай мне плеть.

Барби быстро подползла к Госпоже с плетью в зубах.

 — Рот завязывать тебе пока не буду, хочу послушать, как ты будешь кричать, а потом скулить.

Она начала наносить удары резиновой плетью. Екатерина была непривычна к боли, ей трудно было переносить удары, тем более, что она сама только наказывала свои рабынь, а сама никогда в жизни не принимала наказания. После первых ударов она начала кричать.

 — Что, сучка, не нравиться, это только начало, привыкай к боли, теперь тебе придётся постоянно испытывать на себе мою «любовь»,! но если ты будешь хорошо себя вести, я возможно буду не так сильно тебя наказывать, а буду бить ради своей забавы.

Она не прекращала наносить удары и била всё сильнее и сильней, Катя уже кричала в полный голос.

 — Оля, пожалуйста, прекрати, я буду тебя слушаться.

Ольга начала хлестать со всей силы, так что кожа в некоторых местах от ударов стала лопаться.

 — Дрянь, я кажется русским языком сказала, как надо ко мне обращаться. И прекрати скулить, ты действуешь мне на нервы. Барби, заткни этой суке рот, вставь в него кляп в форме члена.

Она нанесла ещё десять ударов и удобно расположилась на диване.

 — Барби, вытащи кляп из её паршивой глотки. Ну, что, драная овца, поняла, как ко мне надо обращаться.

 — Да Ваше Величество.

 — Я же говорила, что пройдёт совсем немного времени, и ты шлюшка будешь, как шёлковая. Чмоня, Сучка снимите её с цепей, руки заведите за спину и закуйте в наручники. А, ты, тварь ползи на своём брюхе ко мне, буду дальше продолжать твоё воспитание.

Когда рабыни отцепили Катю от цепей, завели ей руки назад и хотели надеть наручники, она вырвалась от них и кинулась на Ольгу. Собрав всю свою силу и несмотря на боль от ударов она налетела на Ольгу, схватила её за волосы и сбросила с дивана на пол. Ольга не ожидала такого от Екатерины, она думала, что Катя уже покорилась своей судьбе и приняла Ольгину власть. Она сначала растерялась, но сознание быстро вернулось к ней, она попыталась переломить ход поединка в свою сторону, но нападение было настолько неожиданным, и Катя действовала с такой силой и напором, что тона лежала под весом Екатерины и ничего не могла поделать. Тогда она решила действовать по — другому.

 — Эй, вы шлюхи, что смотрите, уберите с меня эту корову.

Рабыни подбежали и начали оттаскивать Катю от Ольги.

 — Нет не трогайте меня, я ваша Госпожа... Отпустите, я дам вам свободу, я отпущу вас, обещаю.

Рабыни на несколько секунд призадумались, но, как только они оторвали Катю от Ольги, она быстро встала на ноги и рабыни решили послушать Ольгу. На Катю они не ра6отали с самого начала, и признавали только Ольгу своей Госпожой, она специально постаралась, чтобы в сознании рабынь уложился её образ, как Хозяйки, и по — другому, чтобы они её никак не воспринимали. Она долго «промывала» им мозги, то есть проводила постоянно внушение, что их предназначение и цель в жизни, в том, чтобы служить своей Госпоже. Ольга была неплохим психологом на психологическом уровне, сумела силой внушения поработить девушек.

Рабыни, оттащившие Екатерину с Ольги, быстро завели её руки за спину и защёлкнули на них наручники. Ольга пошла вплотную к сопернице и нанесла кулаком удар ей в живот. И обратилась к рабыням.

 — Твари за то, что вы допустили такой промах, с вашей стороны, будете жестоко наказаны. Как, вы растяпы могли допустить, чтобы эта блядь вырвалась и налетела на меня. И почему, вы сразу её не остановили, чего ждали? Почему, когда я приказала оттащить это животное с меня, вы чего — то думали, своими пустыми головами, или поверили её обещания и усомнились моей над вами власти.? Ничего, я сегодня научу вас, как надо крепко держать и не на секунду не задумываться над приказами Госпожи, а моментально их выполнять. Поставьте эту суку на колени.

Рабыни поспешили исполнить приказание Госпожи. Они поставили Катю на колени, и сами также встали на колени по бокам Екатерины.

Ольга подошла к Кате, та с ненавистью смотрела на свою мучительницу. Она со всей силы ударила её сапогом в живот, от нестерпимой боли и сильного удара Катя упала на пол. Ольга поставила сапог на лицо Екатерины и произнесла:

 — Бунтовать вздумала, сучка, ты, наверно, надеялась, что рабыни помогут тебе, как же ты ошиблась. С самого начала, как они к нам поступили, я сама стала заниматься их воспитанием. Я «ломала» их, «промывала» им мозги, создавала под себя. Все до одной твари носят моё клеймо

Ольга постепенно увеличивала давление на ногу, которая находилась на лице поверженной Екатерины. Она продолжала.

 — Это тебе так с рук не сойдёт.

Катя тихо стонала от боли.

 — Я хотела, чтобы всё было по — хорошему, но ты не оценила мою доброту, придётся воспитывать тебя по — другому. Я тебе обещаю, что через небольшой промежуток времени, ты будешь целовать пол возле моих ног и умолять меня сделать своей рабыней, лишь бы избежать дальнейших мучений.

Убрав ногу с Катиного лица, она приказала рабыням:

 — Поместите её в колодки.

За волосы рабыни подняли Екатерину с пола и поместили в деревянные колодки. Голову и руки вставили в отверстия в доске, а сверху накрыли другой доской, зафиксировав это специальными зажимами. Ноги были помещены в нижние колодки, которые также раздвигались, в них вставлялись стопы, и они тоже фиксировались. Екатерина находилась в распятом положении, её тело было расположено параллельно полу. Ольга подошла к ней, голова Кати находилась на уровне её живота. Она взялась рукой за волосы своей нов ой рабыни, резко и сильно подняла голову вверх, от пронзительной боли Катя чуть не потеряла сознание.

 — Шлюха, как ты посмела поднять руку на свою Королеву, — и плюнула ей в лицо.

Затем кулаком нанесла три удара по лицу, выбив два зуба. Катя, сплюнув на пол кровь, взмолилась:

 — Ваше Величество, простите меня, пожалуйста, я буду Вашей самой преданной рабыней, только не бейте меня больше.

Она уже не напоминала самоуверенную, властную Госпожу, которой была всего несколько часов назад, она была побита, унижена, и напоминала забитое существо. Она поняла, если сейчас не принять Ольгины условия, то она может сделать из неё инвалида, и решила пока играть по Ольгиным правилам, чтобы немного облегчить свою участь, в дальнейшем надеясь, что–нибудь придумать.

 — Поздно, сука опомнилась, я повыбиваю из твоего поганого рта все зубы, — и она снова нанесла два сильнейших удара по лицу новоявленной рабыни.

От этих ударов Катерина потеряла сознание.

 — Облейте, суку, водой и прив! едите в сознание, — обратилась Госпожа к рабыням.

Чмоня набрала в ведро воды и вылила Кате на голову и поднесла к её носу вату с нашатырным спиртом. Катя открыла глаза и увидела перед собой Ольгу, играющуюся в руке с кнутом.

 — Очухалась, — она начала с силой крутить и зажимать соски на Катиной груди.

Длинные наманикюренные ногти больно щипали плоть рабыни. Катя тяжело переносила боль, у неё из глаз лились слёзы.

 — Плачешь, а мне, думаешь, было не больно, когда ты точно также издевалась надо мной. Тебе тогда нельзя было лишнего слова сказать, смотреть и то на тебя, надо было только с подобострастием. Теперь ты оказалась на моём месте, но ты, дура, сама дала мне свободу, я тебя на свободу не выпущу никогда. Какая впереди меня ждёт прекрасная жизнь. Барби, подай мне зажимы на грудь.

Она поместила зажимы на Катины груди.

 — Теперь подай веса, сейчас мы немного вытянем у этой коровы сиськи, чтобы получилось вымя.

Она, смеясь, начала вешать грузы на соски Екатерины.

Стальные аллигаторы больно сжимали соски, а когда на них были добавлены грузы, Кате стало совсем невмоготу.

 — Теперь подай, клипсы на уши и в нос.

Она надела клипсы на уши и вставила в нос, на них также повесила груз. Катя стояла с оттянутыми грудями, ушами, носовая перегородка оттянулась, и было ощущение, что она сейчас порвётся.

 — Подай мою любимую плеть — бабочку.

Рабыня подала небольшую плеть, форма которой была бабочка сделанная из кожи. Этой плетью Ольга начала бить Катины груди, стараясь сбить грузы, но зажимы были из высококачественной стали и сильно зажимали кожу, она нанесла больше десятка ударов, чтобы они упали, плетка оставляла на теле, красных бабочек. Но, даже когда они упали, это не принесло облегчения Екатерине, кровь хлынула в соски и боль пронзила груди, она очень сильно закричала. Когда были сбиты все веса с лица, оно горело, Ольга не всегда попадала по грузам, досталось и шее, и ушам, и носу, и! щекам. Ольга велела Чмоне вставить в рот Кати кляп и подать ей кожаный кнут. Она начала хлестать по спине рабыни и с каждым ударом её охватывала всё большая ярость, она хлестала, как безумная. Ольга не считала удары, остановилась только тогда, когда спина её бывшей Госпожи была красная от крови.

 — Чухонка, принеси перец и посыпь, как следует этой шалаве спину. Приведите её в чувства и оставьте в колодках, пусть подумает над своим поведением.

Рабыни сделали так, как сказала Госпожа. Оставив Екатерину в подвале, они поднялись наверх. Ольга пошла в гостиную, уселась в кресло, как на трон и велела Барби позвать всех рабынь, которые находились в доме. Через несколько минут пять голых рабынь стояли на коленях перед своей прекрасной Хозяйкой.

 — С этого дня я являюсь единственной Госпожой для вас всех. Катька стала теперь рабыней, как вы. Можете забыть, что она было когда — то Госпожой. У неё нет никаких прав, она является таким же домашним животным, как и вы. Я являюсь полновластной Хозяйкой, того, что есть в доме, включая вас. Этот дом тоже принадлежит мне. С этого дня называть меня будете Королевой и всегда обращаться только Ваше Величество. Если раньше я иногда прощала и не обращала внимания, когда вы называли вместо Ваше Величество, Госпожа или Хозяйка, то теперь буду за это наказывать самым жестоким образом. Для вас ничего не измениться, как служили мне, так и будете служить, но только вы должны теперь более ответственнее относится к своим обязанностям по обслуживанию меня. Если мне, что — то не понравиться или я буду чем — то недовольна, я буду моделировать из вас различные предметы интерьера, мебель и прочее. А, на ваше место найду более умелых и покорных рабынь, которые будут служить мне намного лучше, чем вы. Это не шутка, я действительно хочу заняться не только разведением лошадей, но хочу сделать некоторые предметы мебели из людей, придётся, конечно, прибегнуть к хирургии, удалить лишние части тела, так, что кто хочет провести свою оставшуюся жизнь скамеечкой для ног, креслом или столкиом сразу можете попросить меня об этом.

Ужас и страх был в глазах рабынь, они верили каждому слову своей Королевы и знали, если она так говорит, то значит так и будет, никто не сомневался в правдивости её слов. Ольга настолько жестоко обходилось со своими рабынями, что они очень боялись её, и если она сильно наказывала за любой пустяк, то чужую человеческую жизнь, она вообще не ценила.

 — Ну, как вам моё предложение, есть добровольцы? Пока молчите, а представляете, какая честь для кого — то будет стать моим унитазом и всю жизнь поглощать великолепный нектар своей Королевы. Могу предложить быть моей щеткой для чистки обуви, только вместо щётки буду использоваться язык рабыни, я помещу, рабыню в специальный ящик, чтобы только торчала голова, я буду подносить к её рту, сапоги и туфли и она языком будет их чистить и натирать. У меня много различных идей, которые, я обязательно осуществлю, всё в своей жизни я привыкла доводить до конца. Я немного отвлеклась, вернёмся к этому чуть позже, пока много других дел. Главное, чтобы до каждой из вас дошло, что относиться ко мне надо ещё с большим почтением, чем это было раньше. Ваша никчёмная жизнь, полностью в моих руках, никогда не забывайте об этом. Теперь я хочу наказать за сегодняшний случай, животных, которые очень халатно отнеслись к своим обязанностям и чуть не погубили мои планы, наказание им за это будет очень страшное. Чмоня, Сучка, ползите сюда, твари.

Рабыни подползли на животе к ногам Госпожи и ждали дальнейших команд. Она велела им стать на колени, когда они встали, Ольга взяла в одну руку голову одной рабыни, в другую — другой и сильно три раза ударила их лоб об лоб. Из глаз девушек, чуть не посыпались искры, в прямом смысле этого слова.

 — Барби, отведи этих мразей в подвал и подвесь за груди, позже я спущусь и продолжу наказание.

Барби взяла в зубы поводки Чмони и Сучки и поползла с ними в подвал.

 — Вы не стойте тупо, а принесите мне обед, пока я занималась вашим воспитанием, мне очень захотелось, есть, — обратилась Госпожа к остальным рабыням.

Через десять минут возле Госпожи стояли три рабыни, две держали в руках подносы, на которых стояла еда, а третья лизала сапоги Хозяйки.

Вкусно поев, Госпожа приказала рабыням переодеть её.

 — Снимите с меня этот костюм, мне в нём слишком жарко и расстелите кровать, я немного подремлю. Постель расстелите в бывшей комнате Катьки, теперь я там буду жить. И не забудьте поменять постельное бельё.

Рабыни сняли с Госпожи костюм, оставшись только в стрингах и лифчике, Ольга поднялась с дивана, рабыни сразу же надели на неё халат. Она прошла в бывшую комнату Екатерины. Рабыни уже поменяли постельное бельё, они застелили постель шелковым бельём золотого цвета. Ольга улеглась на предварительно разобранную рабынями кровать. Велев стать двум рабыням по бокам кровати и махать опахалами, во время всего сна и ни на минуту не останавливаться. Опахала она привезла из Сингапура, но часто ими не пользовалась, когда она занимала с Катей равное положение, теперь она чувствовала себя Королевой и хотела жить по — королевски. Как же хорошо, думала Ольга, наконец — то моя мечта сбылась, я миллионерша, теперь это всё моё, осталось только всё оформить на себя, но это уже частности. Катька никуда не денется, всё, что у неё есть, она всё равно перепишет на меня. С этими приятными мыслями она уснула.

Пробудившись через пару часов, она позвонила в звонок и моментально появилась Барби. Две находящиеся на коленях рабыни, возле постели продолжали обмахивать опахалом Госпожу, они были, как запрограммированные машины, пока Хозяйка не давала новой команды, они продолжали выполнять предыдущее приказание. Когда Ольга находилась в своей комнате, она требовала от рабынь, чтобы одна из них всегда находилась за дверью, чтобы, если понадобиться в любую секунду могла моментально обслужить свою Госпожу.

 — Я, хочу писать, ползи под одеяло и выпей всё из моего прекрасного источника.

Барби раздвинула язычком половые губки Госпожи, плотно прижалась к вульве и начала принимать в себя поток жидкости своей Хозяйки.

 — Получше, вылизывай мою королевскую киску, чтобы она была полностью сухая, если хоть маленькая капля останется на трусиках, я просто вырву твой язык.

Барби очень старалась, чтобы как следует выполнить приказ своей Королевы. Ольга обратилась к рабыням, махавшим опахалами:

 — Хватит махать, оденьте меня.

Барби вылезла из под одеяла, Ольга придирчиво осмотрела свои мини трусики, которые рабыня сняла с неё и держала перед ней в своих руках, всё было сухо.

 — Наденьте на меня чулки, пояс с подвязками, чёрные трусики, чёрный шелковый бюсгалтер, кожаный корсет и красные замшевые сапоги, — отдала она приказ рабыням.

Когда рабыни одели Госпожу, она велела подать и надеть на её руки лайковые перчатки из нежнейшей кожи. Рабыни выполнили приказ, они очень осторожно и трепетно обращались с Госпожой, будто она была из стекла и могла разбиться.

 — Теперь пошли в подвал, продолжим наказывать непокорных рабынь.

Как не хочется идти самой, нужно купить носилки, приковать к ним рабынь и они будут носить меня, как это было в рабовладельческие времена. Неужели я такая красивая, богатая, деловая девушка, должна делать, что — то сама. Жалко, что у нас не рабовладельческое общество и рабство официально не разрешено. Но у себя на территории я его создам сама, причём оно будет таким, какое нужно мне и я буду единственная правительница и все мои поданные будут жить только по тем законам, что я установлю, у меня всё впереди, всё только начинается — думала про себя Ольга.

С этими приятными мыслями она достигла подвала. Екатерина была в колодках, по её лицу текли крупные слёзы, перец невыносимо жёг раны, боль не проходила не на секунду, а, наоборот, с каждой минутой становилась всё невыносимой. Катя тоже была жестокой, но ни разу не подвергала своих рабынь такой пытке. Увидев Ольгу, она пыталась, что — то промычать через кляп, но Ольга не обратила на неё никакого внимания.!

Чмоня и Сучка тоже были подвешены за потолок, но кроме веревок, которыми они были притянуты к балке над потолком, их груди были перетянуты верёвками, которые также были прикреплены к балке и тянули груди вверх. Груди рабынь посинели от такой пытки. Госпожа не спеша, ходила по подвалу, будто издеваясь над своими рабынями. Она не спешила освобождать Катю, Сучку и Чмоню.

 — С кого начнём? Я думаю с этих двух мразей, Барби подай мне тростник. Рабыня подала пластиковый прут и Госпожа начала стегать тела рабынь. Она била по грудям, заднице, влагалищу, ногам, животу, рукам рабынь в отличие от кнута тростник рвал кожу, и его удары было намного больнее. Выпоров рабынь, она велела отвязать их от верёвок и вытащить изо рта кляпы. Она уселась в кресло рабыни, еле передвигаясь, подползли к ней с большим трудом, ударили головой об пол.

 — Можете говорить.

 — Ваше Величество, спасибо Вам за заботу о своих рабынях, мы больше никогда не позволим себе огорчать на шу Королеву. Будьте так добры, разрешить поцеловать нам пол перед Вашими ногами, куда Вы наступали своими прекрасными ножками.

 — Нет целовать я вам не разрешаю, а лижите своими погаными языками, от моего трона до выхода из подвала. Лижите, как следует, чтобы я шла по чистому полу, потом я возьму белый платочек, протру им подошву сапога, и если на нём будет хотя бы одна песчинка, получите наказание в два раза больше, чем получили только что, вам понятно суки.

 — Да, Ваше Величество.

 — Тогда приступайте. Теперь будем разбираться с бунтовщицей. Чухонка, развяжи ей рот и освободи от колодок.

Рабыня освободила Екатерину, и она без сил упала на пол, всё тело болело и жгло от перца, боль была просто невыносимой.

 — Хватит валяться, ты не на курорте, ползи сука к своей Королеве.

Катя поспешила исполнить приказание, про себя она думала, что Ольга была права она быстро сломалась и согласилась делать для новой Госпожи всё, что угодно, лишь бы больше не испытывать такую боль. Она подпол! зла к креслу Госпожи и опустила голову в пол. Ольга наступила сапогом на затылок рабыни.

 — Ну, что ты готова покориться?

 — Да Ваше Величество.

Ольга поставила на её затылок сапог.

 — Это уже лучше, но хорошим манерам ещё долго придётся тебя учить. Ты, уже забыла, как сама устанавливала правила без разрешения не говорить. Прежде чем, что — то спросить или ответить, если тебя спрашивают, ты должна ударить головой об пол. Это для тебя ново?

Катя ударила головой об пол.

 — Это мне нравится, можешь разговаривать.

 — Простите меня Ваше Величество.

 — Значит, ты полностью признала мою власть над тобой.

 — Да, Ваше Величество.

 — Ты готова стать моей рабыней?

 — Да, Ваше Величество. — Целуй и лижи подошвы моих сапог и слушай меня, что я тебе расскажу.

Сразу выбрось из своей глупой головы мысли о побеге или вновь вернуться в былую силу и стать Госпожой. У тебя ничего не получится, лучше сразу подчинись своей участи, покорись судьбе, ты уже ничего не изменишь, и никто тебе не поможет. Тем более я предлагаю тебе неплохой вариант, я не буду тебя подстригать наголо, делать татуировки, вставлять кольца, а только проклеймлю тебя. Я не буду заставлять тебя заниматься никакими хозяйственными и бытовыми работами, всё равно от тебя никакого толку, ты ничего не умеешь делать, хотя тебя можно и научить кое — чему с помощью кнута. Не бойся, я пошутила. Ты будешь моей сексуальной рабыней, твоё предназначение полностью обслуживать меня сексуально, но никаких поблажек получать не будешь. Я буду обращаться с тобой, как и с остальными рабынями. За малейшую провинность будешь жестоко наказываться. Я тебе уже говорила об этом раньше, но до такой тупой суки, как ты с первого раза плохо доходит, поэтому мне и приходится повторяться. Теперь о самом главном, на следующей недели мы поедем к нотариусу, и ты перепишешь всё своё имущество на меня, всё полностью. Тебе понятно.

 — Да, Ваше Величество.

Ольге не верилось, что Катя так легко согласилась на неё условия, но она сделала вид, что поверила ей и решила поиграть в игру, которую затеяла Катя. Ольга встала с кресла и наступила своими сапожками на спину рабыни, острые каблучки впивались в тело, от боли она застонала.

 — Что ты заладила да... да. Ты должна нормально отвечать мне, ну я жду ответа, — и она начала перемещать вес на каблуки сапог, которые начали входить в тело Кати, надрывая кожу.

 — Ваше Величество, прошу Вас, возьмите, что у меня есть, я по доброй воли готова Вам всё отдать.

 — Ты неплохая ученица, быстро всё схватываешь на лету.

Она сошла с Катиной спины и вновь уселась в кресло.

 — Продолжай лизать подошвы и особенно тщательно оближи каблуки, а то они в твоей мерзкой крови, не дело, чтобы на моих красивых ногах, такие красивые сапожки были грязными.

Катя начала лизать подошвы и лаковые каблуки сапог.

 — Ты представляешь, а мне очень нравиться быть Госпожой, и ощущать над все ми своё превосходство, особенно перед тобой. Приятно видеть, что перед моими ногами лежит бывшая всесильная Госпожа Екатерина. Если ты мне надоешь или будешь плохо меня обслуживать, я тебя продам или сошлю на конюшню, а может быть, сделаю своей комнатной сукой или свиньёй, будешь тогда жить в хлеву. Да, не удивляйся, я со следующего месяца приобрету новую партию рабынь, и буду делать из них животных, мебель, различные предметы и так далее, на что хватит фантазии, а её у меня много. Нет, это не моё больное воображение, просто я хочу сделать небольшое рабовладельческое государство, где я буду полноправной царицей, и все рабыни будут зависеть от моих прихотей, но об этом я тебе расскажу чуть позже, впереди будет ещё много времени, чтобы поговорить. Всё, мне надоело с тобой трепаться, я устала, пойду, поплаваю в бассейн, а затем рабыни мне сделают расслабляющий массаж, правда классно. Тебе тоже неплохо было б поплавать, смыть перчик, которым посыпана твоя нежная спинка. Но, извини, ты своё уже отплавала, забывай о своих привычках, отвыкай от прошлой жизни. Если раньше многие вещи казались тебе доступными, теперь они не для тебя. Даю тебе совет, чем раньше ты смиришься с этим, тем тебе будет легче.

Она специально дразнила и издевалась над Екатериной, чтобы причинить ей больше моральной боли.

 — Эту суку поместите в клетку. Но, сначала я ей сделаю душ. Как раз я захотела пописать, жалко будет, если просто так пропадёт моя ценная моча и рабыне будет хорошо, помою её. Видишь, как я тебя балую.

Она пнула ногой в лицо рабыни.

 — Ползи в центр комнаты.

Всё внутри Катерины протестовало, но, боясь наказания, она сделала всё в точности так, как приказала Госпожа. Теперь О