Альчибианка Алексис. Глава 6

Автор должен предупредить: первые полторы страницы посвящены большей частью рассказу об особенностях инопланетной расы. Эротические сцены начинаются с конца третьей страницы.

Расставшись с Эмили, молодые люди вернулись к общежитиям и следующий час были заняты перетаскиванием кое-каких вещей Алексис из её комнаты в комнату Виктора (в основном это был портакомп и внушительная коллекция инфокарт с записанными на них словарями и учебниками по всевозможным языкам — это было нужно Алексис для учёбы), а после этого, как и обещали друг другу раньше, отправились в магазин. Алексис, как и было обещано, выбирал продукты и нагружал ими тележку, а Виктор должен был оплачивать их общий ужин... вот только Алексис, похоже, несмотря на то, что был сейчас в мужском теле, время от времени входил в роль «хозяйки дома», заставляя своего друга краснеть и судорожно оглядываться по сторонам — не заметил ли кто.

— Слушай, не надо называть меня «дорогой» или «милый», когда ты в мужском теле! — зашипел Виктор на Алексиса после третьего, кажется, случая. — И вообще не надо вести себя как!... — тут он не договорил, неожиданно для себя почувствовав что-то, похожее на чувство вины, будто он требовал от Алексиса совершенно невозможного.

— Извини... извини, пожалуйста! — Алексис смутился и опустил глаза. — Я забылся... я постараюсь так больше не делать, — он поднял на Виктора просящий взгляд, от которого Виктор почувствовал себя ещё более неуютно сам. Почему? Может быть, потому что Алексис была не виновата в том, кто она есть?

— Ладно... мясо покупать будем? — попытался сменить тему Виктор.

Остаток времени, что молодые люди покупали продукты, Алексис ни разу больше не заставлял Виктора смущаться... вот только Виктор чувствовал, что на этот раз его друг сам чувствует себя скованно, а это уже снова заставляло Виктора чувствовать не вину, но дискомфорт. Впрочем, когда они, выйдя из супермаркета, снова оказались за дверью комнаты Виктора, Алексис снова стал чувствовать себя свободнее, вздохнув полной грудью (на самом деле облегчённо выдохнув, когда дверь закрылась за ним и Виктором).

Потом был ужин — как всегда, когда готовил Алексис, вкусный (хотя, конечно, не настолько вкусный, как готовила оставшаяся на Земле мама Виктора), и молодые люди вполне расслабились. Потом Алексис занялся мытьём посуды, а Виктор уселся за компьютерный терминал, уйдя в марсианскую инфосеть. (При расстояниях между планетами, измерявшихся в световых минутах, и соответствующей задержке сигнала, распространявшегося со скоростью света, создать полностью единую для всех планет информационную сеть было невозможно).

И от этого занятия юношу оторвала пара нежных рук, обнявших его за плечи сзади, — Виктор повернул голову и увидел наклонившуюся над ним и тепло улыбавшуюся Алексис... то есть Алексиса. Его прикосновение было прикосновением любящей девушки, его лицо можно было бы принять за девичье, и Виктор, наверное, мог бы затрудниться сказать, в мужском или женском теле сейчас находится его любимая, но отсутствие груди нарушало идиллию, напоминая о том, что сейчас Алексис — парень. И это заставляло Виктора чувствовать... кажется, именно то, что называется «когнитивным диссонансом».

— Что такое? — Алексис, кажется, почувствовал замешательство своего возлюбленного, и улыбка пропала с его лица.

— Слушай... — Виктор не сразу нашёл, что сказать. — Ты не будешь возражать, если я себе постелю на полу?

— Ты... — Алексис отпустил плечи Виктора, и его лицо стало каким-то чужим, — не хочешь со мной спать? Потому что... потому что я сейчас парень, да?

— Алекс, я понимаю, что... что ты сейчас чувствуешь, — поспешил ответить Виктор. — Но давай просто не сегодня? У меня голова болит, — сказал он первое, что пришло ему в голову, и Алексис рассмеялся в ответ, но этот смех вышел грустным.

— Просто... сегодня так много всего произошло... и вчера тоже, и... — Виктор отчаянно пытался придумать какую-нибудь уважительную причину, — в общем, мне, наверное, нужно просто отдохнуть. Ладно? — он посмотрел на Алексиса.

Тот печально посмотрел в ответ, а потом грустно улыбнулся:

— Ладно. Не буду тебя... заставлять, — сказал он. И, подумав несколько секунд, спросил, видимо, чтобы сказать хоть что-нибудь: — Тебе помочь постель перестелить?

Когда молодые люди постелили новую постель и место на полу, Виктор снова вернулся к своему терминалу, Алексис же устроился со своим портакомпом на кровати, теперь единолично принадлежавшей ему. Каждый ушёл в свои дела — пару раз то один, то другой пытался завязать разговор, но каждый раз разговор не клеился. Наконец, Алексис выключил компьютер и, пожелав Виктору спокойной ночи, залез под одеяло, а его друг ещё некоторое время сидел за терминалом. В очередной раз обернувшись в сторону Алексиса, Виктор увидел его укрывшимся одеялом — только голова альчибианца, лежавшая на подушке, была видна. И против своей воли Виктор подумал, что по этому безмятежному лицу с закрытыми глазами сейчас невозможно определить, принадлежит оно парню или девушке

Ещё через несколько минут Виктор выключил свой терминал и принялся стягивать с себя одежду, собираясь тоже залезть под одеяло.

— Спокойной ночи, — сказал он Алексису, не будучи, впрочем, уверенным в том, что тот ещё не спит. Но Алексис его услышал.

— Спокойной ночи, — ответил он, не открывая глаз, но губы альчибианца чуть-чуть улыбнулись.

Виктор лёг под одеяло рядом с кроватью Алексиса, но сон к нему не шёл. Парень старался ворочаться поменьше, боясь помешать заснуть своему другу, однако, похоже, Алексис сам не мог заснуть: может быть, через полчаса, а может, через час, Виктор услышал, как Алексис встаёт с кровати и осторожно, словно думая, что Виктор спит, и боясь его разбудить, выходит из комнаты. А потом Виктор услышал с кухни звук медленно закипающего чайника, и сам сбросил одеяло и вышел на кухню.

Алексис сидел за кухонным столом, уставившись взглядом куда-то в сторону. На альчибианце сейчас были только трусы, и Виктор видел в приглушённом электрическом свете его тело — стройное, загорелое, подтянутое... красивое, но Виктор до сих пор считал себя абсолютно гетеросексуальным молодым человеком. Он умом понимал, что ему лучше было бы преодолеть свою гетеросексуальность, но изо всех сил хотел отложить этот момент.

— Тоже не спится? — спросил он Алексиса. Альчибианец повернул голову к нему и грустно кивнул.

— Чай будешь? — спросил он.

— Не откажусь, — Виктор улыбнулся, но его улыбка вышла слабой. Алексис, однако, тоже улыбнулся в ответ и, когда чайник закипел, достал две кружки и принялся разливать по ним чай. Однако, над столом повисла пауза, и видно было, что Алексис всё ещё сам не свой. Наконец, он, кажется, решился высказать то, что его мучило:

— Вик, прости... — сказал он с болью. — Но я люблю тебя сердцем, а не... своими половыми органами. Понимаешь, я люблю тебя независимо от того, в мужском я теле или в женском.

— Понимаю, — парень, помрачнев, кивнул. — А что, у тебя нет такого, что в женском теле тебя возбуждают мужчины, а в мужском — женщины? — спросил он первое, что пришло ему в голову, ухватившись за предлог хоть немного увести тему в сторону.

— Ну, если бы мне в мужском теле нравилось одно, а в женском — другое, — Алексис сперва удивился, а потом рассмеялся, — то это была бы шизофрения какая-то! И потом, у нас же... ну ты помнишь, что запускает механизм смены пола. Если бы альчибианцев в мужском теле возбуждали только женщины, и наоборот, то мы бы постоянно находились в одном и том же теле с момента кризалиса.

— Ну да, логично... — согласился Виктор. И снова повисла пауза, которую он поспешил нарушить очередным вопросом:

— Слушай, а этот кризалис — он вообще как происходит?

— Сейчас расскажу, — Алексис, кажется, сам был рад поводу перевести разговор в другое русло. — Когда альчибианец приближается к тому возрасту, когда он должен впервые обрести пол, к нему начинают  присматриваться — его родители, учителя, врачи его тоже обследуют. И если он начинает проявлять признаки приближающегося кризалиса, его отправляют в такое специальное место — «dannarklo». Это примерно переводится как «место, где распускаются цветы», и ни в коем случае не как «инкубатор» — так иногда эти места называют земляне, но лучше так не делать. Происходит от слова «dannar», которое и обозначает кризалис на моём родном языке, но в архаичных текстах обозначает также распускающийся цветок... прости, меня иногда уносит в лекции по лингвистике, — остановил себя Алексис, виновато улыбнувшись.

— А что за признаки приближающегося кризалиса? — переспросил Виктор.

— Не особенно приятные, на самом деле... Тошнота, иногда головокружение... в общем, всё в таком духе. В общем, «даннаркло» — это такое место, где молодой альчибианец находится практически один, вроде своего рода монастыря. Ну, их на время изолируют от других людей, чтобы, когда у юношей произойдёт первый гормональный взрыв — он ведь в первый раз происходит внезапно, — они не изнасиловали какого-нибудь совершенно постороннего человека.

— А как вы справляетесь, ну, с подростковой гиперсексуальностью? — спросил Виктор. — Ну, чтобы подростки не вызывали гормональный взрыв у случайных людей. Или у вас нет такой, как у земных подростков?

— Честно говоря, я не сравнивал, — ответил Алексис, рассмеявшись на секунду. — Но вообще да, наши подростки несколько лет в живут довольно монастырском режиме. Мы, на самом деле, не такие сексуально раскрепощённые, — он улыбнулся, — мы просто не придаём случайному сексу большого значения... хотя это бывает трудно, когда твоя кровь накачана гормонами, — при последних словах он вдруг стал серьёзен. — Да, о чём я... значит, в этих самых «даннаркло» рядом с ними ещё находится «dannargander» — «тот, кто ухаживает за распускающимися цветами»

— Садовник, то есть?

— Что-то вроде, — Алексис улыбнулся, — и это не считается обидным прозвищем. И, значит, этот «садовник» должен сделать так, чтобы первое превращение прошло у альчибианца максимально безболезненно, не оставив неприятных воспоминаний. В «даннаргандеры» обычно берут молодых, красивых и умелых — я однажды сам таким «садовником» был, в восемнадцать лет... — Алексис чуть-чуть улыбнулся ещё раз. — Собственно, про неприятные воспоминания... Вот ты помнишь, как ты себя чувствовал под действием моих феромонов?

— Ну... — Виктор задумался на некоторое время. — Я словно был под каким-то кайфом.

— Вот. Когда у альчибианца происходит кризалис, с ним происходит гормональный взрыв, и ощущения при этом самые яркие. И когда он приходит в себя, бывает так, что одни решают «о, господи, что это со мной было, я не хочу, чтобы это повторялось!»

— Почему это? — удивившись, перебил Виктор.

— Ну, в момент гормонального взрыва мы не соображаем, что мы делаем, и потом, когда мы приходим в себя и вспоминаем, что мы делали... иногда мы просто ужасаемся. Ну а другие подсаживаются на эти ощущения, как на наркотик, и превращаются в сексоголиков. Бывают такие альчибианцы, которые вообще сексом без гормонального взрыва заниматься не могут. У нас, конечно, есть перед землянами кое-какие преимущества, но у нас и людей с сексуальными патологиями больше — ну, так говорят учёные.

— Ужас

— Мне вот повезло: я не стал ни бояться секса, ни зависимым от секса. Хотя если честно, я сам предпочитаю заниматься сексом как раз не в состоянии гормонального взрыва, — неожиданно очень серьёзно сказал Алексис. — Так я могу быть уверен в том, что... что я знаю, что делаю, и потом не буду жалеть о том, что сделал.

— А какие-такие преимущества у вас перед землянами? — спросил Виктор, про себя подумав, что быть альчибианцем — и вправду не самое лёгкое бытие.

— Ну, разные мелочи... Более чуткое обоняние, лучшая регенерация, ещё я могу, например, в некоторых пределах ускорять или замедлять свой метаболизм... Нам возможность менять свой пол обеспечивает столько разных механизмов, что впору поверить, что нас действительно создали такими древние инопланетяне

— Более чуткое обоняние? Чёрт, с этого дня начинаю следить за тем, как я пахну, — Виктор развеселился. — Может, мужскими духами начать пользоваться?

— Только дай мне сначала понюхать, прежде чем покупать, — Алексис развеселился тоже. — Да не, нормально ты пахнешь.

— Спасибо, — Виктор чуть-чуть улыбнулся. — А почему всё-таки этими... «садовниками» делают молодых, а не зрелых и опытных? — уточнил он.

— Ну, это считается... в общем, уже как разврат, — Алексис слегка поморщился. — В смысле, считается, что если первый партнёр альчибианца будет более опытным, то если он будет злонамерен, он сможет задурить юноше голову и сделать его зависимым от себя... или что-то в этом роде. А если он будет молод, то считается, что ему на это просто не хватит опыта.

— Ага... — Виктор понимающе кивнул. Оба юноши помолчали пару секунд, а потом Алексис вдруг спросил:

— Тебя не возбудил мой рассказ? — альчибианец широко улыбнулся и со вполне прозрачным намёком посмотрел на Виктора. Но тот, неожиданно смутившись, слегка покраснел, и улыбка Алексиса поблекла.

— Что случилось? — спросил Алексис с грустным упрёком. — Ведь в первый раз у нас всё было нормально?

— Да, но... — Виктор отвёл сперва взгляд, но, собрав все силы, снова посмотрел на своего друга. — Просто, понимаешь, я тогда не успел сообразить, что происходит, и... что ты со мной делаешь

— Может, тебе стоит тогда сейчас тоже отключить эту соображалку? — Алексис рассмеялся, и Виктор засмеялся тоже, но у обоих юношей смех вышел грустным.

— Давай не сегодня... Слушай, у меня тут где-то вторая пара стереоочков была и второй игровой контроллер. Может, поищем какой-нибудь мультиплеерный сервер?

Алексис подумал секунду, а потом улыбнулся и согласно кивнул, и Виктор улыбнулся тоже.

— «Кооператив» или «дэсматч»? — спросил он.

— «Кооператив»! — уверенно ответил Алексис.

***

После пары часов, проведённых с виртуальным оружием на виртуальных аренах, оба юноши, наконец, включив компьютер, заснули как убитые. А наутро Виктора разбудили запахи и звуки готовящейся еды — впрочем, взглянув на часы, он увидел, что уже недалеко за полдень. Выглянув на кухню, Виктор увидел Алексиса, одетого в футболку и штаны и что-то готовившего на плите. Увидев Виктора, альчибианец весело улыбнулся, как будто и не было этой вчерашней неловкости.

Оба друга с аппетитом завтракали (хотя по времени скорее обедали), Алексис вполне успешно переключился на мужскую модель поведения, и оба юноши чувствовали себя снова непринуждённо. «Завтракообед» был съеден, и Алексис взялся за мытьё посуды, когда раздался писк дверного звонка.

— Мне случайно не нужно срочно прятаться в шкаф? — слегка обеспокоенно спросил Алексис.

— Да всё нормально, мои друзья уже в курсе, — ответил Виктор, проходя к двери и открывая её.

И в открывшуюся дверь буквально ворвался Рикардо — долговязый, как и все астероидяне, сокурсник Виктора.

— Вит-то-ри-о! Ты совсем забыл своих друзей! — начал он, но сбился, заметив Алексиса у кухонной раковины. — Э, Алексис, это ты? Привет, — он улыбнулся и помахал альчибианцу рукой.

— Привет, Рико, — Алексис улыбнулся в ответ, хотя слегка растерянно. — Я как-то немножко не в курсе, что там Вик успел рассказать про мои... особенности.

— Я только в общих чертах — без подробностей, — ответил Виктор. — Привет, Рико.

— Нет, ну он, когда вы с ним расстались, в универ пришёл с таким убитым видом, что понятно было, что с ним что-то не так... — начал Рикардо. — Он тогда всё нам и рассказал. А потом он в какой-то момент вдруг сказал «А, чёрт с ним! Она мне нравится, и если она превращается в парня, то пусть он будет моим другом!».

— Ну, я не совсем это сказал... — вставил Виктор.

— В общем, что у вас с ним всё теперь нормально, по нему тоже было видно. Правда, он не говорил, что вы теперь живёте вместе

— На самом деле, меньше суток, — Алексис слегка смущённо улыбнулся. — Оно так случайно получилось: я слегка подрастратил свои финансы и попросил Виктора меня приютить... Вик, я надеюсь, я не испортил твою репутацию среди твоих друзей, ну, из-за того, что ты встречаешься с альчибиан... кой?

— Ой, мои друзья — это не моя мама, чтобы моя девушка должна была им нравиться, — отмахнулся Виктор.

— Ну ладно. Но если будут дразнить — скажи мне. Я им морду начищу, — Алексис улыбнулся, но Виктор вдруг почувствовал, что на самом деле его друг вовсе не шутит.

— По крайней мере, меня сейчас нельзя обвинить в том, что я к себе в комнату посторонних девушек вожу, — Виктор широко улыбнулся.

— А, в смысле, как у вас с сексом складывается? — спросил Рикардо.

На секунду повисла короткая пауза: Алексис уставился на парня взглядом, красноречиво говорившим, что такие вопросы лучше не задавать. Рикардо явно успел понять, что задал не самый лучший вопрос, но Виктор (который тоже предпочёл бы о таких вещах не говорить) ответил:

— Пока Алексис — парень — никак, — он пожал плечами. И, не удержавшись, добавил: — Но вообще, о таких вещах не спрашивают.

— Ну, я в том смысле, — начал отвечать Рикардо, — что пока твоя девушка как бы в форме парня, она тебя «по бабам» может отпустить? Не ревнует и не оставляет совсем без секса? — он чуть-чуть улыбнулся.

На этот раз пауза была короче: Алексис сперва уставился на Рикардо удивлённым взглядом, а потом вдруг рассмеялся.

— А что, есть желание? — весело спросил он Виктора.

— Ну... — удивлённо протянул тот. — А что, вы с парнями по бабам собрались? — чуть улыбнувшись, спросил он уже Рикардо.

— Ну, это можно устроить! — энергично ответил тот, явно обрадовавшись тому, что обстановка разрядилась. — Можно и Алексиса с собой позвать! Когда ты парень, можно ведь? — он вопросительно посмотрел на альчибианца. Однако тот вдруг словно чего-то испугался.

— Нет-нет-нет! — Алексис протестующе замахал руками. — Мне нельзя! То есть я не могу. Правда, не могу, — испуг на лице юноши казался настолько сильным, что Виктор забеспокоился сам: подойдя ближе к другу, он шёпотом спросил его:

— Что с тобой?

— Понимаешь, я... — сбивчиво начал отвечать Алексис. — Это всё моя физиология. Если я просто буду заниматься сексом с несколькими людьми, то я буду в конце выжатым как лимон. А если я буду заниматься сексом с несколькими людьми разного пола — необязательно прямо с ними, но находиться с ними в одном помещении... В общем, тогда моя гормональная система пойдёт вразнос, и я могу просто получить сердечный приступ и умереть, — Алексис посмотрел на Виктора такими глазами, что землянин поверил: его друг не шутит.

— Ты думаешь, что можешь умереть, или точно это знаешь?... — на всякий случай попытался уточнить Виктор, но перебил себя: — Ладно, неважно. Не хочу это проверять.

— Ну, по-крайней мере это будет смерть от удовольствия... — попытался пошутить Рикардо, но натолкнулся на укоризненный взгляд Алексиса и осуждающий — Виктора. — Ладно-ладно, это и правда была не смешная шутка. Что ж у тебя за физиология такая?... — сказал он как бы в пространство.

— Ну... там всё сложно... — ответил Алексис, явно не желая рассказывать все подробности.

— Слушай, Рико, ты у своих девушек про... про менструальный цикл тоже спрашивал? — спросил Виктор с ноткой осуждения (он тоже не слишком хотел раскрывать все детали альчибианской физиологии).

— Ладно, нам только поссориться не хватало, — неожиданно улыбнулся Алексис. — Вик, если ты настроен пройтись «по бабам», то я... в общем, чувствуй себя абсолютно свободным, — он взглянул на друга, улыбнувшись чуть шире.

***

Рикардо вскоре ушёл, словно решив, что лучше ему не пытаться ещё раз неудачно шутить и раздражать хозяев и дальше, и Виктор, наконец, решил спросить у Алексиса:

— Слушай... то, что ты предлагаешь мне с другими парнями «пройтись по бабам» — это ты серьёзно?

— Я? — переспросил Алексис. — Слушай, ты не подумай, что я тебя выгоняю к другим девушкам... — он неожиданно смутился. — Решение должно быть твоё — я просто приму абсолютно любое твоё решение. Если пойдёшь — я не буду тебя удерживать или устраивать тебе сцен ревности, если останешься — я буду спокоен.

Принятие решения, однако, далось Виктору не так уж просто. Но, пока он взвешивал все «за» и «против», ему позвонил Рикардо и сказал, что девушки уже найдены и скоро будут, и если он, Виктор, не придёт, то остальным парням больше достанется. И Виктор (поскольку решение от него требовалось прямо сейчас) пообещал быть и вскоре отправился на встречу с друзьями (Алексис пообещал не скучать без него).

Вскоре Виктор уже звонил в дверь комнаты в общежитии, и, когда она открылась, его встретили Олег, его сокурсник родом с Ганимеда, и шум голосов, смешивавшийся со звуками электронной музыки.

— Привет, заходи, — поприветствовал Виктора Олег и жестом пригласил его в комнату, где, кроме него и Рикардо, были ещё двое парней и три девушки. — Девушки, знакомьтесь: это Рио, — представил он Виктора, назвав его по прозвищу. — А это Лита, это Мира, а это Триша.

— Очприятно, — слегка растерянно улыбнулся Виктор, оглядывая девушек. Лита была жгучей брюнеткой со свойственным меркурианцам тёмным загаром, Триша — высокой полногрудой блондинкой, про каких шутили, что при земной гравитации их грудь не даст им подняться на ноги, а вот Мира... С первого взгляда Виктор не удержался от мысли, что Мира похожа на Алексис: такая же загорелая, такая же рыжая — похоже, Мира была настоящей венерианкой — такая же мальчиковатая с виду. Заметив взгляд Виктора, Мира подмигнула парню, заставив его смутиться ещё сильнее.

На самом деле Виктор не был частым гостем на таких студенческих вечеринках, и сидел в углу с одной бутылкой пива, пока другие парни и девушки успели перейти минимум ко второй бутылке каждый. Виктор оставался и самым трезвым и самым одетым участником вечеринки, по мере того как алкоголя в крови остальных становилось всё больше, а одежды на них — всё меньше. И парень не мог удержаться от того, чтобы пытаться получше рассмотреть Миру: со второго взгляда он рассмотрел, что на самом деле она чуть ниже ростом, чем Алексис, с немного более длинными волосами со вьющимися кончиками, похоже, крашеными, а не натурально рыжими. Когда на девушке из одежды осталось только чёрное кружевное бельё и пояс с чулочками, парень разглядел, что у Алексис были яснее выраженные мышцы, да и бельё она носила другое... где-то в этот момент Виктор поймал себя на том, что не может отвлечься от того, чтобы сравнивать Миру с Алексис. И девушка тоже заметила взгляды, которые бросал на неё парень, и, улыбнувшись ему, перепорхнула к нему, сев рядом с парнем и приобняв его за плечи.

— Эй, я видела, как ты на меня смотришь, — сказала она, с улыбкой глядя на парня. — Что, я тебе нравлюсь?

— А... — Виктор не сразу нашёлся с ответом. Ответь он «да», он бы приврал, а ответить «нет» означало бы обидеть девушку. Ну не говорить же ей, в самом деле, «ты похожа на мою девушку»? — Не знаю, — наконец, ответил он — и это было достаточно близко к истине, потому что он и в самом деле не знал.

— Не знаешь? — улыбнулась Мира ещё веселее и лукавее. Она отхлебнула из своей бутылки и, поставив её рядом с собой, посмотрела на парня. — Так, может... проверим? — она выдержала короткую паузу, а затем... жарко поцеловала парня в губы.

Какие-то несколько секунд в голове Виктора отчаянно билась мысль, что ему не следует этого делать, что ему нужно отстранить эту девушку, — парень в это время не отвечал на поцелуй Миры, но позволял ей целовать его. Но затем, напомнив себе, что именно за этим он ведь сюда и шёл, он сам обнял девушку и поцеловал её в ответ.

— Похоже, ответ положительный, — с коротким смешком сказала Мира, оторвавшись от губ парня через несколько секунд, и снова слилась с ним в поцелуе.

Скосив глаза на остальных парней и девушек, Виктор увидел, что Лита и Триша уже находятся в объятьях двух парней каждая, словно его поцелуй с Мирой послужил последним сигналом. Девушки целовались со своими партнёрами попеременно, а руки парней блуждали по их полуобнажённым телам — и это словно стало сигналом для самого Виктора. Ненадолго оторвавшись от губ Миры, он в несколько глотков выпил остатки пива из своей бутылки и, отставив пустую тару в сторону, поцеловал девушку снова, обнимая её уже двумя руками и прижимая к себе.

— Что, решил выпить для храбрости? — улыбнулась Мира, целуя парня. Тот вместо ответа лишь крепче прижал её к себе, одной рукой принимаясь поглаживать её грудь сквозь кружевной лифчик. Мира же со сладким стоном прогнулась навстречу рукам парня, а затем расстегнула верхнюю часть своего белья и отбросила её в сторону, открыв Виктору свои небольшие груди, почти такие же, как у Алексис («чёрт, опять я думаю о ней!»).

— Нравятся? — кокетливо улыбнулась Мира.

— Они супер, — почти не покривил душой Виктор и снова впился губами в губы девушки, словно боясь, что ему придётся говорить что-нибудь ещё, а обеими руками принялся ласкать эти груди. Мира же отдалась его ласкам, обнимая своего любовника и отвечая на его поцелуи, а потом её руки скользнули под футболку парня, начиная гладить его тело под тканью. Через некоторое время парень и девушка ненадолго разорвали поцелуй, и Мира стянула с Виктора его футболку.

— Какой ты... — прошептала она, скользнув взглядом по обнажённому торсу парня. И тут же снова обняла его, прижавшись своим обнажённым телом к его телу так, будто хотела почувствовать его каждой клеточкой своего тела, и снова целуя парня. Виктор всё ещё сидел на полу комнаты, и Мира, оторвавшись от его губ, встала перед ним на колени, так что её грудки оказались перед лицом парня. Который не замедлил поймать один из торчащих сосков своими губами («она ведёт, а я следую за ней», — промелькнуло в голове парня), руками поглаживая девушку по спине, по бокам, по бёдрам, по ягодицам... А затем Мира поднялась на ноги, выпрямившись и упершись руками в стену над головой парня, так что перед его лицом оказались её трусики — и Виктор почувствовал запах её киски под чёрным кружевом.

— Мне... немножко мешает эта штука, — услышал Виктор голос девушки. — Они на липучках, — подсказала Мира ему, и через пару секунд на ней остались только чулочки и пояс. Парень увидел совсем рядом со своим лицом гладкую, эпилированную киску девушки с маленькой татуировкой над лобком — значком пиковой карточной масти, и ещё явственнее ощутил запах соков страсти девушки. И, почти не раздумывая, он положил руки на её бёдра и принялся ласкать её влажную щёлку языком.

— О-о, да, да-а! — стонала Мира, отдаваясь ласкам парня... или всё же позволяя ему ласкать себя? Виктор, опьянённый запахом выделений девушки, продолжал лизать её киску, лаская её половые губы, клитор, зарываясь языком вглубь, и, как будто ему было мало её киски, руками то поглаживая, то стискивая её упругие ягодицы. Парень старался доставить своей любовнице максимальное удовольствие, и Мира стонала всё громче и громче от его ласк, пока вдруг не села обратно на колени перед ним, снова жарко целуя парня — жарче, чем за всё время до этого.

— Спорим, что ты уже давно готов? — лукаво улыбнулась Мира, расстёгивая ширинку парня. Виктор действительно был давно готов — он сам не заметил, в какой момент его член стал каменно-твёрдым. Он помог Мире приспустить с него брюки, и девушка, опустившись на четвереньки перед парнем, провела языком по всей длине ствола, вызвав у парня стон удовольствия. Но Мира не собиралась долго ласкать своего любовника: лишь слегка подразнив его своим языком, она подняла на него свои лукавые глаза.

— Надеюсь, у тебя есть резинка? — спросила он. Виктор лишь молча кивнул в ответ и достал из кармана один из презервативов, которым он предусмотрительно запасся. Мира ловкими движениями натянула «защитное средство» на член парня и снова встала на колени перед ним, сидящим на полу, — её киска была прямо над вздыбленным членом Виктора.

— Как бы нам поудобнее устроиться?... — прошептала она парню. Виктор же, воспользовавшись моментом, чтобы взять инициативу в свои руки, снова поцеловал девушку и, одной рукой направив свой член в её киску, второй рукой обнял Миру и мягко опустил её на свой член. Застонав от удовольствия, Мира задвигала бёдрами, чувствуя как член парня двигается внутри неё, а Виктор, обхватив её руками, спиной откинувшись на стену, а ногами упершись в пол, старался двигаться навстречу Мире, насколько ему позволяла его поза, руками помогая движениям девушки, а губами ловя её губы.

Но Мире, похоже, всё-таки была неудобна эта поза, и в какой-то момент она, обняв парня, увлекла его за собой на пол, тут же перевернув его на спину и оседлав его член, принимаясь двигаться на нём снова. Виктору оставалось лишь двигать бёдрами навстречу девушке, насколько он мог теперь уже лёжа на спине, и вторить её стонам страсти. () И через несколько минут он почувствовал, как его член выстреливает спермой в презерватив, и Виктор обмяк, уже не в силах двигаться, но Мира продолжала скакать на его всё ещё не потерявшем твёрдости члене, пока с протяжным стоном не кончила сама.

Восстановив дыхание, девушка поцеловала своего любовника и помогла ему снова сесть. Теперь, когда мир уже не смыкался для него на нём и Мире, Виктор слышал стоны страсти остальных парней и девушек и видел, как каждую из девушек трахают два парня одновременно. Заметив его взгляд, Мира улыбнулась и спросила:

— Они тебе мешают? Может быть, продолжим у меня — только мы вдвоём? — и она приобняла парня, поглаживая его грудь.

При этих словах Виктор испытал какое-то нехорошее чувство. Туман страсти рассеялся, и теперь парень снова вспомнил об Алексис — да как тут было не вспомнить, когда девушка, напомнившая ему его возлюбленную с первого взгляда, сидела рядом с ним. Алексис обещала не ревновать его, если он переспит с другой девушкой, но если он у неё ещё и заночует? Нет, ну это же чушь!... Или?

— Ну? — всё с той же лукавой улыбкой спросила Мира молчавшего парня.

— Э-э... А меня там ужином накормят? — Виктор слегка натянуто улыбнулся.

— Ну, если ты хочешь... — Мира сперва удивилась, а потом рассмеялась. — Я хочу, чтобы у тебя были силы на секс, — и она снова прижалась к парню.

— Тогда прости, — ответил Виктор, мягко высвобождаясь из её объятий. — Моя девушка обещала не ревновать, если я с другой девушкой пересплю, но если ты накормишь меня ужином, она точно устроит мне сцену ревности, — и, быстро проговорив это, Виктор подхватил свою лежавшую на полу футболку и вышел из комнаты, оставив сидевшую с отвисшей от удивления челюстью Миру.

— Псих! — услышал он за своей спиной.

***

Приведя себя в порядок, Виктор шёл домой — общежития были рядом, и идти было недалеко. Настроение у юноши было довольно подавленное — совсем не такое, как должно быть после секса с красивой девушкой. Хотя Виктор сам не понимал, почему он так чувствует себя, и пытался убедить себя в том, что тут не из-за чего переживать. Но получалось не слишком хорошо. Алексис ведь сама согласилась отпустить его «по бабам»? Или дело в том, что Мира показалась ему такой похожей на неё? Или наоборот, если ты занимаешься сексом с девушкой, похожей на твою девушку, это не измена? Виктор попытался представить себе девушку, которая бы согласилась с таким оправданием, и невесело усмехнулся. Или, может быть, он себя так неприятно чувствует из-за того, что его фактически соблазнили? Или он и вправду любит Алексис настолько, что не может изменить ей с другой девушкой? Положа руку на сердце, Виктор не знал ответа на последний вопрос

Виктор уже подошёл к своему общежитию, когда рядом с входом он увидел стоявшую, слегка ссутулившись, фигуру в одежде, показавшейся ему знакомой: тёмно-фиолетовые брюки, жилетка в тон брюкам, под ней небесно-голубая майка — да, точно, это была Алексис. Виктор успел испугаться, решив, что она всё-таки его ревнует, но, подойдя чуть ближе, он разглядел, что Алексис была не в мужском облике, как он оставил её пару часов назад, а в женском. А это значило... что у Алексис был секс с другим мужчиной. Заметив приближение Виктора, альчибинка посмотрела на него — и в её глазах он увидел бурю чувств, в которой, однако, преобладал страх от осознания того, что её парень всё увидел и всё понял.

Несколько секунд оба смотрели друг на друга, не решаясь заговорить: Алексис словно оцепенела от страха, а Виктор не мог вымолвить слово из-за охвативших его самого чувств, в которых он не мог разобраться сам. Наконец, он переселил себя и сказал:

— Привет, — и он попытался улыбнуться девушке, но улыбка вышла жалкой. — Всё в порядке? — он хотел подбодрить Алексис, но девушка при этих словах ещё сильнее втянула голову в плечи.

— Я занималась сексом с другим мужчиной, — тихо сказала она, опустив взгляд в землю.

— И? — коротко спросил Виктор.

Алексис подняла голову и удивлённо посмотрела на него: она совсем не ожидала того, что он ответит так просто.

— Ты ведь альчибианка, для это должно быть нормально? — продолжил Виктор.

— На самом деле, там всё сложно... — пробормотала Алексис и добавила громче: — Но ведь ты — землянин, и для тебя это не должно быть нормально?

— Э-э... — Виктор опешил от такой логики. — На самом деле... я просто рад, что ты снова девушка! — сказал он.

На этот раз опешила Алексис — она посмотрела на юношу, и её глазах тот увидел надежду.

— Правда? — спросила девушка.

— Правда, — честно ответил Виктор. На самом деле он был ещё немножко рад тому, что оправдываться приходится Алексис, а не ему... но эта мысль показалась ему аморальной, и он поспешно её отогнал.

Алексис сперва робко улыбнулась — Виктор мог видеть, как её лицо на глазах расцветает счастьем, а затем она бросилась своему любимому в объятья, прижавшись к нему.

— Как ты сам? — спросила она.

— Честно говоря... не очень, — признался Виктор, обнимая любимую. — То есть секс был, но я почему-то после него чувствую себя паршиво. И парни, наверное, завтра будут крутить пальцами у виска. Ну ладно, это я переживу. Главное — я люблю тебя, — сказал он и крепче прижал к себе девушку.

Алексис, однако, почему-то тяжко вздохнула и спрятала лицо у него на груди.

— Прости меня, — сказала она, не поднимая глаз.

— За что? — искренне удивился Виктор.

— За то что заставляю тебя выбирать: либо заниматься сексом с парнем, либо позволять своей девушке спать с другими, — ответил Алексис.

— Да уж... выбор — врагу не пожелаешь, — Виктор нервно рассмеялся. — Но ты ведь не виновата в этом? Ты просто такая, какая ты есть, верно? — он погладил Алексис по рыжим волосам.

— Верно... — Алексис отняла лицо от его груди и посмотрела ему в глаза: похоже было, что её сомнения ещё не до конца разрешились. — Но сегодня я могла бы хотя бы предупредить тебя заранее и спросить твоего разрешения...

— Ты хотела бы поставить меня перед таким выбором? Вот ещё! — Виктор рассмеялся, искренне надеясь, что Алексис развеселится тоже, но она снова уткнулась носом в его плечо.

— Прости... — почти прошептала она.

— Алекс, да перестань! — сказал Виктор. — Всё в порядке... то есть мы придумаем, как решить эту чёртову дилемму. Просто знай, что я люблю тебя, — и с этими словами он поцеловал девушку.

Несколько секунд Алексис отдавалась его поцелуям, прежде чем прошептать в ответ:

— Я тоже люблю тебя, — и снова прижалась к своему любимому.

— Давай больше не будем спать с другими парнями и девушками? — улыбнулся Виктор, снова поглаживая Алексис по волосам. — Даже для... В общем, давай будем вместе. Кем бы ты ни была.

Алексис улыбнулась в ответ и снова поцеловала юношу.

***

Уже в лифте Алексис прижалась к Виктору, забравшись руками под его футболку, а Виктор, слившись с ней в поцелуе, ласкал руками её грудь сквозь ткань майки. Когда же они добрались до комнаты Виктора, и за ними закрылась её дверь, они бросились в объятья друг друга, жадно целуясь и начиная срывать друг с друга одежду.

Когда они упали на кровать Виктора, оба уже были обнажены выше пояса, и Виктор, глядя на загорелое, с рельефными мышцами тело Алексис, не мог удержаться уже от сравнения её с Мирой... парень дёрнул головой, пытаясь отогнать эту мысль. А потом он подумал, что Алексис гораздо, гораздо лучше, чем Мира, — и в этот момент Алексис перевернула его на спину, поцеловав в губы и начиная спускаться поцелуями ниже. Сначала на шею, потом пройдясь по ключице, поцеловав в плечо, слегка пощекотав яз